Алкоголизм и наркомания. Аналитический отчет

Скачать pdf-отчёт

Алкоголизм и наркомания в регионах России

Оценка масштаба проблемы на основе доступных статистических данных, 2019 г.

 

Методология
  1. МЕТОДОЛОГИЯ ОЦЕНКИ МАСШТАБА ПРОБЛЕМЫ В РЕГИОНЕ (расчет рейтинга А-Е)
  2. МЕТОДОЛОГИЯ РАСЧЕТА ВСЕХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ, ПРЕДСТАВЛЕННЫХ НА ПЛАТФОРМЕ
  3. ТЕРМИНЫ И ПОНЯТИЯ
  4. ОСНОВНЫЕ ИСТОЧНИКИ ИНФОРМАЦИИ ПО ТЕМЕ «АЛКОГОЛИЗМ И НАРКОМАНИЯ»

МЕТОДОЛОГИЯ ОЦЕНКИ МАСШТАБА ПРОБЛЕМЫ В РЕГИОНЕ
(расчет рейтинга А-Е)

Источники данных по проблеме алкоголизма и наркомании:

  • Единая межведомственная информационно-статистическая система (ЕМИСС) (https://fedstat.ru).
  • Данные Министерства здравоохранения РФ о среднедушевом потреблении алкоголя из Приложения к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации «Об утверждении методики оценки среднедушевого потребления алкоголя в Российской Федерации» от 30 июля 2019 года N 575 https://docs.cntd.ru/document/560925948.
  • Аналитические обзоры ННЦ наркологии — филиала ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В. П. Сербского» Министерства здравоохранения РФ «Деятельность наркологической службы Российской Федерации».
  • Данные статистического наблюдения по форме 4-ЕГС «Сведения о состоянии преступности и результатах расследования преступлений» (ведомство, ответственное за сбор данных, — Главный информационно-аналитический центр Министерства внутренних дел России).
  • Статистическая информация о деятельности Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка (Росалкогольрегулирование) http://fsrar.gov.ru/statisticheskaja_informacija.
  • Данные Центра демографических исследований Российской экономической школы (РЭШ) о смертности населения регионов России от отдельных причин http://demogr.nes.ru/index.php/ru/demogr_indicat/data.
  • Доклады Государственного антинаркотического комитета Российской Федерации и региональных антинаркотических комиссий за 2017–2019 годы.

Расчет рейтинга А-Е осуществлялся в несколько этапов.

ЭТАП 1: Формирование перечня показателей, потенциально способных продемонстрировать масштабы распространения алкоголизма и наркомании в каждом регионе, включая:

  • консультации с профильными экспертами по теме;
  • исключение из списка показателей, данные по которым в открытом доступе неполны или отсутствуют и которые невозможно получить по запросу.

В список показателей, отобранных для расчета рейтинга регионов, вошли:

Название показателя Как рассчитан Источники
Потребление алкоголя Исходное название: потребление алкоголя (в этиловом эквиваленте) на 1 человека старше 15 лет.
Выбор показателя обусловлен высокой долей незарегистрированного потребления алкоголя в России.
За 2018—2019 гг. расчет показателей сделан командой «Если быть точным» на основе методики Минздрава РФ, за 2017 г. взяты готовые расчёты Минздрав РФ.
Приложение к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации «Об утверждении методики оценки среднедушевого потребления алкоголя в Российской Федерации» от 30 июля 2019 года № 575
Доля преступлений в состоянии опьянения Исходное название: 1. Число преступлений, совершенных лицами в состоянии алкогольного опьянения. 2. Число преступлений, совершенных лицами в состоянии наркотического опьянения. Форма 4-ЕГС, раздел 4 «Сведения о преступлениях, совершенных отдельными категориями лиц (по расследованным преступлениям)»
Заболеваемость наркологическими расстройствами, связанными с наркотиками Исходное название: 1. Первичная заболеваемость с диагнозами «наркомания» и «пагубное употребление наркотиков». 2. Общая заболеваемость с диагнозами «наркомания» и «пагубное употребление наркотиков». Аналитические обзоры ННЦ наркологии — филиала ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В. П. Сербского» Министерства здравоохранения РФ «Деятельность наркологической службы Российской Федерации»
Смертность от случайных отравлений Исходное название: уровень смертности (коэффициенты) от случайных отравлений алкоголем, наркотиками, прочих случайных отравлений, в том числе с неопределенными намерениями (по кодам МКБ-10×42, X45-X49, Y12, Y15-Y19) в пятилетних возрастных группах 15–79 лет.
Выбор расширенного набора причин смерти обусловлен высоким риском занижения смертности от «целевых» причин — отравления алкоголем и наркотиками.
Данные Центра демографических исследований Российской экономической школы (РЭШ)

ЭТАП 2: Перевод абсолютных значений показателей в удельные:

1. Потребление алкоголя = (1) / (2), где:

(1) среднедушевое потребление алкоголя в этиловом эквиваленте, литров;

(2) доля населения в возрасте старше 15 лет.

2.1. Доля преступлений в состоянии алкогольного опьянения = (1) / (2), где:

(1) число предварительно расследованных преступлений, совершенных лицами в состоянии алкогольного опьянения;

(2) общее число предварительно расследованных преступлений.

2.2. Доля преступлений в состоянии наркотического опьянения = (3) / (2), где:

(3) число предварительно расследованных преступлений, совершенных лицами в состоянии наркотического опьянения;

(2) общее число предварительно расследованных преступлений.

3.1. Первичная заболеваемость с диагнозами «наркомания» и «пагубное употребление наркотиков» на 100 тыс. населения в возрасте 15–39 лет = 100 000 × ((1) + (2)) / (3), где:

(1) число больных с впервые установленным диагнозом «наркомания»;

(2) число больных с впервые установленным диагнозом «пагубное употребление наркотиков»;

(3) численность населения в возрасте 15–39 лет.

3.2. Общая заболеваемость с диагнозами «наркомания» и «пагубное употребление наркотиков» на 100 тыс. населения в возрасте 15–39 лет = 100 000 × ((4) + (5)) / (3), где:

(4) число больных с диагнозом «наркомания»;

(5) число больных с диагнозом «пагубное употребление наркотиков».

ЭТАП 3: Стандартизация показателей

4. Смертность от случайных отравлений = (Σ ((1) + (2) + (3) + (4) + (5) + (6)) × (7)) / (8), где:

(1) пятилетний возрастной коэффициент смертности от случайного отравления (воздействия) алкоголем,

(2) пятилетний возрастной коэффициент смертности от случайного отравления и воздействия наркотиками и психодислептиками, не классифицированного в других рубриках,

(3) пятилетний возрастной коэффициент смертности от прочих случайных отравлений,

(4) пятилетний возрастной коэффициент смертности от отравления и воздействия алкоголем с неопределенными намерениями,

(5) пятилетний коэффициент смертности от отравления и воздействия наркотиками и психодислептиками, не классифицированного в других рубриках с неопределенными намерениями,

(6) пятилетний коэффициент смертности от прочих отравлений с неопределенными намерениями,

(7) численность населения России в соответствующей пятилетней возрастной группе (13 возрастных групп в интервале от 15 до 79 лет),

(8) численность населения России в возрасте 15–79 лет.

ЭТАП 4: Трансформация показателей (сглаживание различий)

Трансформация показателей 2.1 «Доля преступлений в состоянии алкогольного опьянения» и 2.2 «Доля преступлений в состоянии наркотического опьянения» путем вычисления квадратного корня (сглаживание различий).

ЭТАП 5: Нормирование показателей — трансформация в индекс, значение которого заключено между 0 и 1, по следующей формуле:

x-индекс = 1  − 
x − min(x)
max(x) − min(x)

где min(x) и max(x) являются минимальным и максимальным значениями показателя x среди всех регионов.

Для всех отобранных показателей высокие значения оцениваются как негативные явления.

ЭТАП 6: Усреднение нормированных показателей:

Вычисление среднего арифметического для показателей 2.1, 2.2. и 3.1, 3.2 (сведение двух показателей к одному).

ЭТАП 7: Расчет сводного индекса: среднее арифметическое значение взвешенных показателей (сумму значений показателей поделить на 4)

((1) + (2) + (3) + (4)) / 4, где:

(1) потребление алкоголя;

(2) доля преступлений в состоянии опьянения;

(3) заболеваемость наркологическими расстройствами, связанными с наркотиками;

(4) смертность от случайных отравлений.

ЭТАП 8: Разбиение регионов на пять групп, в зависимости от значения сводного индекса, где A — наименьшая степень выраженности проблемы, E — наибольшая

Уровень Значение сводного индекса в 2019 г.
А 0.750 — 1
B 0.650 — 0.749
C 0.490 — 0.649
D 0.400 — 0.489
E 0 — 0.399

ОГРАНИЧЕНИЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ РЕЙТИНГА

  1. Назначение рейтинга — демонстрация масштабов проблемы распространения алкоголизма и наркомании в каждом регионе. Данный рейтинг напрямую не позволяет оценить эффективность предпринимаемых действий по решению проблемы в каждом конкретном регионе, однако может быть использован как отправная точка для такого анализа.
  2. Для расчета рейтинга использовались официальные открытые данные федеральных и региональных ведомств, которые имеют собственные ограничения в силу как объективных, так и субъективных причин, к которым, в частности, относятся:
    • широкий спектр негативных последствий употребления. Многие индикаторы сильно коррелируют друг с другом, что затрудняет процедуру отбора рейтинговых показателей;
    • высокая естественная латентность алкоголизма и наркомании. Государство и общество стигматизируют потребителей алкоголя и особенно наркотиков, что ведет к серьезному недоучету распространенности проблемы. Ситуация усугубляется анозогнозией больных и высокой степенью криминализации наркопотребления;
    • проблемы регистрации, обусловленные недостаточной квалификацией персонала (врачей-наркологов, полицейских, судмедэкспертов) и/или плохим материальным обеспечением специализированных лабораторий (недостаток тест-систем, оборудования, реактивов и пр.);
    • намеренное искажение статистических данных, связанных с алкоголем и наркотиками.
  3. Место региона в рейтинге отражает позицию региона по сравнению с другими регионами в расчетном году. Иными словами, изменение места региона в рейтинге относительно: так, при улучшении ситуации в большинстве других регионов позиция конкретного региона с неизменными параметрами ухудшится.
  4. При расчете среднедушевого потребления алкоголя в регионах за 2018 и 2019 годы не учитывалось потребление другого (кроме крепкого) незарегистрированного алкоголя. Кроме того, ввиду отсутствия данных, на региональном уровне поправка на потребление туристов не вносилась. В методике Минздрава (приложение к приказу от 30 июля 2019 года № 575) оговорено, что данные по незарегистрированному потреблению других алкогольных напитков (кроме крепких) и сведения о количестве въездных и выездных туристских поездок учитываются при их наличии.
  5. Для оценки общероссийского показателя доступности приобретения алкоголя по времени использовалась среднее арифметическое из региональных показателей доступности, взвешенное по численности населения старше 15 лет (по состоянию на 2019 год).
  6. Для оценки доли преступлений в состоянии опьянения и заболеваемости наркологическими расстройствами, связанными с наркотиками, в регионе используется не один, а несколько рядов данных (для доли преступлений — доля преступлений в состоянии алкогольного опьянения и доля преступлений в состоянии наркотического опьянения, для заболеваемости — первичная заболеваемость с диагнозами «наркомания» и «пагубное употребление наркотиков» и общая заболеваемость с теми же диагнозами). Для расчета результирующего параметра для рейтинга используется средний ранг по двум рядам данных.
  7. В процессе анализа наблюдались небольшие, но статистически значимые отрицательные корреляции между «алкогольным» и «наркотическим» показателем (например, потреблением алкоголя и удельным весом преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков). Это наводит на мысль, что алкоголь и наркотики могут в определенной степени конкурировать, выступая в роли своеобразного «товара-заменителя» по отношению друг к другу [1]. Если данная гипотеза верна, то одновременное включение в рейтинг «алкогольных» и «наркотических» индикаторов может затушевать различия между регионами [2].
  8. Из рейтинга исключены Республики Ингушетия и Чечня, а также Чукотский АО и Ненецкий АО. Первые два региона — по причине отсутствия или малой достоверности данных, в первую очередь о заболеваемости наркологическими расстройствами. Кроме того, экстремально низкие уровни потребления алкоголя в этих регионах (0,1–0,2 л/душу в год) заметно исказят пространство нормировки данного показателя, что может повлиять на рейтинг других регионов. Чукотский АО и Ненецкий АО были исключены в связи с малыми абсолютными значениями практически по всем показателям (преступность, заболеваемость, смертность от отдельных причин). В противном случае такие числа могут быть интерпретированы некорректно.

МЕТОДОЛОГИЯ РАСЧЕТА ВСЕХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ, ПРЕДСТАВЛЕННЫХ НА ПЛАТФОРМЕ

Название показателя Уточнение Исходное название / Как рассчитан Источники
1 Численность населения всего Численность постоянного населения на 1 января соответствующего года ЕМИСС https://fedstat.ru
2 Численность населения в возрасте старше 15 лет Расчетный показатель: сумма по возрастным группам старше 15 лет Как в показателе 1
3 Численность населения в возрасте старше 15 лет, % от всего населения Расчетный показатель: показатель 2 умножить на 100 и поделить на показатель 1 Как в показателе 1
4 Численность населения в возрасте 15-39 лет Расчетный показатель: сумма по возрастным группам в интервале от 15 до 39 лет Как в показателе 1
5 Численность населения в возрасте 15-39 лет, % от всего населения Расчетный показатель: показатель 4 умножить на 100 и поделить на показатель 1 Как в показателе 1
6 Объем розничной реализации алкоголя литров, в этиловом эквиваленте Расчетный показатель: сумма взвешенных объемов реализации водки (объем умножается на коэффициент 0,3995), коньяка (коэффициент 0,4004), ликероводочных изделий с содержанием спирта до 25% включительно (коэффициент 0,2015), ликероводочных изделий с содержанием спирта свыше 25% (коэффициент 0,395), других видов спиртных напитков свыше 9% (коэффициент 0,3893), вина, в т. ч. игристого (коэффициент 0,12), напитков винных, изготовляемых без добавления этилового спирта (коэффициент 0,0963), напитков винных, изготовляемых с добавлением этилового спирта (коэффициент 0,1547), вина ликерного (коэффициент 0,1773), вина плодового (коэффициент 0,1296), пива (коэффициент 0,0494), пивных напитков (коэффициент 0,0485), сидра, пуаре, медовухи (коэффициент 0,0684), напитков слабоалкогольных (с содержанием спирта не более 9%) (коэффициент 0,0755) Росалкоголь-регулирование http://fsrar.gov.ru
7 Объем розничной реализации алкоголя литров/душу, в этиловом эквиваленте Расчетный показатель: показатель 6 поделить на показатель 1 Как в показателе 6 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
8 Объем розничной реализации алкоголя литров на 1 человека старше 15 лет, в этиловом эквиваленте Расчетный показатель: показатель 6 поделить на показатель 2 Как в показателе 6 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
9 Объем розничной реализации крепкого алкоголя литров/душу, в этиловом эквиваленте Расчетный показатель: сумма объемов реализации водки, коньяка, ликероводочных изделий с содержанием спирта до 25% включительно и свыше 25%, других видов спиртных напитков свыше 9% с теми же коэффициентами, как в показателе 6 Как в показателе 6
10 Объем потребления алкоголя литров/душу, в этиловом эквиваленте Расчетный показатель: из показателя 7 вычесть показатель 9 и прибавить показатель 12
При расчете среднедушевого потребления алкоголя в регионах за 2018 и 2019 годы не учитывалось потребление другого (кроме крепкого) незарегистрированного алкоголя. Кроме того, ввиду отсутствия данных, на региональном уровне поправка на потребление туристов не вносилась. В методике Минздрава (приложение к приказу от 30 июля 2019 года № 575) оговорено, что данные по незарегистрированному потреблению других алкогольных напитков (кроме крепких) и сведения о количестве въездных и выездных туристских поездок учитываются при их наличии.
Как в показателях 6 и 12
11 Объем потребления алкоголя литров на 1 человека старше 15 лет, в этиловом эквиваленте Расчетный показатель: показатель 10 умножить на 100 и поделить на показатель 3 Как в показателях 6 и 12, а также данные ЕМИСС https://fedstat.ru
12 Объем потребления крепкого алкоголя литров/душу, в этиловом эквиваленте Расчетный показатель: «Объем потребления крепкого алкоголя в предыдущем году» плюс абсолютные приросты (по отношению к предыдущему году): «Прирост коэффициента смертности от случайных отравлений алкоголем на 100 тыс. населения» (умноженный на коэффициент 0,12); «Прирост заболеваемости алкогольными психозами на 100 тыс. населения» (коэффициент 0,04); «Прирост разности между ожидаемой продолжительностью жизни мужчин и женщин» (коэффициент 0,9) Методика Минздрава на основе данных ЕМИСС, данные по потреблению крепкого алкоголя за 2017 г. — расчеты Минздрава https://docs.cntd.ru/document/560925948
13 Доля крепкого алкоголя % от объема реализации Расчетный показатель: показатель 9 умножить на 100 и поделить на показатель 7 Как в показателе 6
14 Доля крепкого алкоголя % от объема потребления Расчетный показатель: показатель 12 умножить на 100 и поделить на показатель 10 Как в показателях 6 и 12
15 Смертность от алкогольной кардиомиопатии на 100 тыс. населения в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: умножить возрастной коэффициент смертности от алкогольной кардиомиопатии (код МКБ-10 I426) на численность населения России в соответствующем возрасте и поделить на общую численность населения России в возрасте 15-79 лет (сумма по возрастам 15-79) Данные Центра демографических исследований Российской экономической школы (РЭШ) http://demogr.nes.ru и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
16 Смертность от алкогольной кардиомиопатии на 100 тыс. мужчин в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: аналогично расчету показателя 15 (мужское население) Как в показателе 15
17 Смертность от алкогольной кардиомиопатии на 100 тыс. женщин в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: аналогично расчету показателя 15 (женское население) Как в показателе 15
18 Смертность от алкогольной болезни печени (цирроз, гепатит, фиброз) на 100 тыс. населения в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: умножить возрастной коэффициент смертности от алкогольной болезни печени (код МКБ-10 К70) на численность населения России в соответствующем возрасте и поделить на общую численность населения России в возрасте 15-79 лет (сумма по возрастам 15-79) Как в показателе 15
19 Смертность от алкогольной болезни печени (цирроз, гепатит, фиброз) на 100 тыс. мужчин в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: аналогично расчету показателя 18 (мужское население) Как в показателе 15
20 Смертность от алкогольной болезни печени (цирроз, гепатит, фиброз) на 100 тыс. женщин в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: аналогично расчету показателя 18 (женское население) Как в показателе 15
21 Смертность от психических расстройств, связанных с алкоголем на 100 тыс. населения в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: умножить возрастной коэффициент смертности от психических и поведенческих расстройств, связанных с алкоголем (коды МКБ-10 F101-102) на численность населения России в соответствующем возрасте и поделить на общую численность населения России в возрасте 15-79 лет (сумма по возрастам 15-79) Как в показателе 15
22 Смертность от психических расстройств, связанных с алкоголем на 100 тыс. мужчин в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: аналогично расчету показателя 21 (мужское население) Как в показателе 15
23 Смертность от психических расстройств, связанных с алкоголем на 100 тыс. женщин в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: аналогично расчету показателя 21 (женское население) Как в показателе 15
24 Заболеваемость алкогольными психозами всего, общая «Общая заболеваемость алкогольными психозами» Аналитические обзоры ННЦ наркологии Минздрава России
25 Заболеваемость алкогольными психозами на 100 тыс. населения в возрасте 15+ Расчетный показатель: показатель 24 умножить на 100000 и поделить на показатель 2 Как в показателе 24 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
26 Заболеваемость алкогольными психозами всего, первичная «Первичная заболеваемость алкогольными психозами» Как в показателе 24
27 Заболеваемость алкогольными психозами на 100 тыс. населения в возрасте 15+ Расчетный показатель: показатель 26 умножить на 100000 и поделить на показатель 2 Как в показателе 24 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
28 Заболеваемость алкоголизмом всего, общая «Общая заболеваемость синдромом зависимости от алкоголя (алкоголизм)» Как в показателе 24
29 Заболеваемость алкоголизмом на 100 тыс. населения в возрасте 15+ Расчетный показатель: показатель 28 умножить на 100000 и поделить на показатель 2 Как в показателе 24 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
30 Заболеваемость алкоголизмом всего, первичная «Первичная заболеваемость синдромом зависимости от алкоголя (алкоголизм)» Как в показателе 24
31 Заболеваемость алкоголизмом на 100 тыс. населения в возрасте 15+ Расчетный показатель: показатель 30 умножить на 100000 и поделить на показатель 2 Как в показателе 24 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
32 Заболеваемость наркоманией всего, общая «Общая заболеваемость синдромом зависимости от наркотиков (наркомания)» Как в показателе 24
33 Заболеваемость наркоманией на 100 тыс. населения в возрасте 15-39 Расчетный показатель: показатель 32 умножить на 100000 и поделить на показатель 4 Как в показателе 24 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
34 Заболеваемость наркоманией всего, первичная «Первичная заболеваемость синдромом зависимости от наркотиков (наркомания)» Как в показателе 24
35 Заболеваемость наркоманией на 100 тыс. населения в возрасте 15-39 Расчетный показатель: показатель 34 умножить на 100000 и поделить на показатель 4 Как в показателе 24 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
36 Пагубное употребление наркотиков всего, общая «Общая заболеваемость синдромом пагубного употребления наркотиков» Как в показателе 24
37 Пагубное употребление наркотиков на 100 тыс. населения в возрасте 15-39 Расчетный показатель: показатель 36 умножить на 100000 и поделить на показатель 4 Как в показателе 24 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
38 Пагубное употребление наркотиков всего, первичная «Первичная заболеваемость синдромом пагубного употребления наркотиков» Как в показателе 24
39 Пагубное употребление наркотиков на 100 тыс. населения в возрасте 15-39 Расчетный показатель: показатель 38 умножить на 100000 и поделить на показатель 4 Как в показателе 24 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
40 Наркомания и пагубное употребление наркотиков всего, общая Расчетный показатель: сумма показателей 32 и 36 Как в показателе 24
41 Наркомания и пагубное употребление наркотиков на 100 тыс. населения в возрасте 15-39 Расчетный показатель: показатель 40 умножить на 100000 и поделить на показатель 4 Как в показателе 24 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
42 Наркомания и пагубное употребление наркотиков всего, первичная Расчетный показатель: сумма показателей 34 и 38 Как в показателе 24
43 Наркомания и пагубное употребление наркотиков на 100 тыс. населения в возрасте 15-39 Расчетный показатель: показатель 42 умножить на 100000 и поделить на показатель 4 Как в показателе 24 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
44 Смертность от случайных отравлений на 100 тыс. населения в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: умножить сумму коэффициентов смертности по кодам МКБ-10 X42, X45-X49, Y12, Y15-Y19 на численность населения России в соответствующем возрасте и поделить на общую численность населения России в возрасте 15-79 лет (сумма по возрастам 15-79) Как в показателе 15 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
45 Смертность от случайных отравлений на 100 тыс. мужчин в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: аналогично расчету показателя 44 (мужское население) Как в показателе 15 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
46 Смертность от случайных отравлений на 100 тыс. женщин в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: аналогично расчету показателя 44 (женское население) Как в показателе 15 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
47 Смертность населения на 100 тыс. населения в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: умножить коэффициенты смертности от всех причин на численность населения России в соответствующем возрасте и поделить на общую численность населения России в возрасте 15-79 лет (сумма по возрастам 15-79) Как в показателе 15 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
48 Смертность населения на 100 тыс. мужчин в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: аналогично расчету показателя 47 (мужское население) Как в показателе 15 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
49 Смертность населения на 100 тыс. женщин в возрасте 15-79 лет Расчетный показатель: аналогично расчету показателя 47 (женское население) Как в показателе 15 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
50 Доля преступлений, совершенных в состоянии опьянения алкогольное опьянение, % Расчетный показатель: «Число преступлений, совершенных лицами в состоянии алкогольного опьянения» умножить на 100 и поделить на «Общее число предварительно расследованных преступлений» Форма 4-ЕГС, раздел 4
51 Доля преступлений, совершенных в состоянии опьянения наркотическое опьянение, % Расчетный показатель: «Число преступлений, совершенных лицами в состоянии наркотического опьянения» умножить на 100 и поделить на «Общее число предварительно расследованных преступлений» Как в показателе 50
52 Доля преступлений, совершенных в состоянии опьянения алкогольное и наркотическое опьянение, % Расчетный показатель: сумма показателей 50 и 51 Как в показателе 50
53 Покупательная способность средней заработной платы по алкоголю водка, литров Расчетный показатель: «Медианная заработная плата» поделить на «Среднегодовая цена 1 литра водки» Данные Росстата https://rosstat.gov.ru/compendium/document/13268 и ЕМИСС https://fedstat.ru
54 Покупательная способность средней заработной платы по алкоголю пиво, литров Расчетный показатель: «Медианная заработная плата» поделить на «Среднегодовая цена 1 литра пива» Как в показателе 53
55 Финансирование региональных антинаркотических программ всего, тыс. руб. «Объем финансирования антинаркотической программы (подпрограммы)» Данные «Докладов о наркоситуаци» региональных антинаркотических комиссий и формы 03а-АНК (по запросу)
56 Финансирование региональных антинаркотических программ на 1000 населения в возрасте 15-39 лет, тыс. руб. Расчетный показатель: показатель 55 умножить на 1000 и поделить на показатель 4 Как в показателе 55 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
57 Доступность приобретения алкоголя по времени условных суток в год Расчетный показатель: «Число часов в сутках, когда продажа алкоголя разрешена» поделить на 24 и умножить на разность 365 и «Число дней в году, когда продажа алкоголя запрещена». Для некоторых регионов (Калмыкия, Тульская область и др.) учитывались дополнительные временные ограничения, вводимые в определенные дни.
Для оценки общероссийского показателя доступности приобретения алкоголя по времени использовалась среднее арифметическое из региональных показателей доступности, взвешенное по численности населения старше 15 лет (по состоянию на 2019 год).
Ограничения розничной продажи алкогольной продукции, установленные в субъектах Российской Федерации» http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_281780/
58 Число круглосуточных наркологических коек всего «Обеспеченность населения круглосуточными наркологическими койками» Как в показателе 24
59 Число круглосуточных наркологических коек на 100 тыс. населения 15+ Расчетный показатель: показатель 58 умножить на 100000 и разделить на показатель 2 Как в показателе 24
60 Число психиатров-наркологов всего «Кадры психиатров-наркологов (физических лиц)» Как в показателе 24
61 Число психиатров-наркологов на 100 тыс. населения 15+ Расчетный показатель: показатель 60 умножить на 100000 и разделить на показатель 2 Как в показателе 24
62 Число занятых должностей специалистов реабилитационного звена всего Расчетный показатель: «Число занятых должностей специалистов реабилитационного звена с немедицинским образованием» — сумма по графам «Психологи», «Специалисты по социальной работе», «Социальные работники». Как в показателе 24
63 Число занятых должностей специалистов реабилитационного звена на 100 тыс. населения 15+ Расчетный показатель: показатель 62 умножить на 100000 и поделить на показатель 2 Как в показателе 24 и данные ЕМИСС https://fedstat.ru
64 Госпитализация пациентов с наркологическими расстройствами всего «Показатели госпитализации пациентов с наркологическими расстройствами (все заболевания)» Как в показателе 24
65 Госпитализация пациентов с наркологическими расстройствами на 100 больных Расчетный показатель: показатель 64 разделить на «Общая заболеваемость наркологическими расстройствами» и умножить на разность 100 и показателя 73 Как в показателе 24
66 Госпитализация пациентов с алкоголизмом всего «Показатели госпитализации пациентов с синдромом зависимости от алкоголя (алкоголизм), без алкогольных психозов» Как в показателе 24
67 Госпитализация пациентов с алкоголизмом на 100 больных Расчетный показатель: показатель 66 разделить на «Общая заболеваемость алкоголизмом» и умножить на разность 100 и показателя 74 Как в показателе 24
68 Госпитализация пациентов с наркоманией всего «Показатели госпитализации пациентов с синдромом зависимости от наркотиков (наркомания)» Как в показателе 24
69 Госпитализация пациентов с наркоманией на 100 больных Расчетный показатель: показатель 68 разделить на «Общая заболеваемость наркомании» и умножить на разность 100 и показателя 75 Как в показателе 24
70 Число ремиссий на 100 наркологических больных (все расстройства) от 1 до 2 лет «Ремиссии от 1 года до 2 лет у больных с синдромом зависимости (суммарно алкоголизм, наркомания, токсикомания) на 100 больных среднегодового контингента с синдромом зависимости» Как в показателе 24
71 Число ремиссий на 100 наркологических больных (все расстройства) свыше 2 лет «Ремиссии свыше 2 лет у больных с синдромом зависимости (суммарно алкоголизм, наркомания, токсикомания) на 100 больных среднегодового контингента с синдромом зависимости» Как в показателе 24
72 Число ремиссий на 100 наркологических больных (все расстройства) свыше 1 года «Ремиссии свыше 1 года у больных с синдромом зависимости (суммарно алкоголизм, наркомания, токсикомания) на 100 больных среднегодового контингента с синдромом зависимости» Как в показателе 24
73 Повторные госпитализации всего, % повторно госпитализированных в течение года «Удельный вес пациентов, повторно госпитализированных в течение года (%)» Как в показателе 24
74 Повторные госпитализации алкоголизм, % повторно госпитализированных в течение года Удельный вес пациентов с алкоголизмом, повторно госпитализированных в течение года (%)» Как в показателе 24
75 Повторные госпитализации наркомания, % повторно госпитализированных в течение года Удельный вес пациентов с наркоманией, повторно госпитализированных в течение года (%)» Как в показателе 24
76 Снятие с диспансерного наблюдения на 100 наркологических больных (все расстройства) алкоголизм, на 100 больных «Показатели снятия с диспансерного наблюдения пациентов с алкоголизмом в связи с выздоровлением (длительным воздержанием), на 100 больных среднегодового контингента» Как в показателе 24
77 Снятие с диспансерного наблюдения на 100 наркологических больных (все расстройства) наркомания, на 100 больных «Показатели снятия с диспансерного наблюдения пациентов с наркоманией в связи с выздоровлением (длительным воздержанием), на 100 больных среднегодового контингента» Как в показателе 24

ТЕРМИНЫ И ПОНЯТИЯ

Аддикция, аддиктивное поведение (в наркологии) — болезненное стремление принимать наркотик с тем, чтобы испытать определенные ощущения либо снять явления психического дискомфорта.

Анозогнозия — отрицание больным (иногда и его близкими) факта наличия заболевания или преуменьшение тяжести состояния, а также его последствий.

Крепкие алкогольные напитки — напитки, получаемые путем брожения и последующей дистилляции (водка, самогон, коньяки, бренди и др.). В российской практике лицензирования алкогольной продукции к крепкому алкоголю относят напитки с содержанием этилового спирта свыше 25%.

Наркотики (наркотические вещества) — психоактивные вещества, вызывающие психическую и физическую зависимость от их употребления (в том числе синдром отмены) и имеющие соответствующий юридический статус. В России это означает наличие названия вещества в регулярно пополняемом «Перечне наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации» [3].

Общая заболеваемость — общее число случаев заболеваний, выявленных (зарегистрированных) в течение года. При этом учитываются все случаи заболеваний, которые установлены как впервые, так и при повторном (в том числе многократном) обращении по поводу данного заболевания.

Пагубное употребление психоактивных веществ — диагноз, выносимый при повторных приемах ПАВ (в том числе алкоголя), сопровождаемых отчетливыми признаками негативных последствий для физического и/или психического здоровья потребителя, при отсутствии признаков синдрома зависимости.

Парентеральное употребление — способ употребления наркотиков путем их внутривенного введения в организм.

Первичная заболеваемость — число случаев постановки диагноза впервые в жизни в данном году.

Полинаркомания — зависимость от употребления одновременно нескольких наркотических веществ.

Прекурсор (наркотиков) — химическое вещество (реагент), используемое при незаконном изготовлении наркотических средств и психотропных веществ.

Психиатр-нарколог — специалист, в сферу деятельности которого входит оказание медицинской помощи людям с зависимостью от употребления определенных веществ (алкоголя, наркотиков, ненаркотических ПАВ).

Психоактивные вещества (ПАВ) — широкий спектр соединений, общее свойство которых состоит в способности изменять психическое состояние потребителя. ПАВ сильно различаются не только по химическому составу и воздействию на организм человека, но и по правовому статусу: употребление одного и того же ПАВ в одной стране может быть легальным, а в другой — нет.

Психодислептики (галлюциногены) — психоактивные вещества, вызывающие галлюцинации, аномалии восприятия и другие существенные субъективные изменения в мышлении, эмоциях и сознании.

Реабилитация и ресоциализация (в наркологии) — система медицинских, психологических, социальных, образовательных и иных мероприятий, предназначенных для потребителей ПАВ и направленных на удержание устойчивой ремиссии, формирование неаддиктивного социального окружения, приспособление пациента к деятельности в обществе на максимально возможном для него уровне.

Ремиссия (в наркологии) — состояние полного воздержания от употребления алкоголя, наркотиков или ненаркотических ПАВ. Ремиссия (в оптимальном случае — пожизненная) является конечной целью лечения наркологических больных.

Стандартизация (в статистике) — приведение возрастных уровней смертности к единой возрастной структуре для устранения влияния различий в возрастной структуре на общий уровень смертности.

Суррогаты алкоголя — жидкости, не предназначенные для употребления внутрь (денатурат, одеколон, метиловый спирт и пр.), но преднамеренно употребляемые людьми в качестве заменителей алкогольных напитков.

Толерантность (в наркологии) — состояние адаптации к наркотическим или другим ПАВ, когда для достижения прежнего эффекта требуется более высокая доза вещества.

Этиловый эквивалент (абсолютный, безводный алкоголь) — способ перевода различных алкогольных напитков в одну единицу измерения, путем умножения объема соответствующего напитка на объемную долю содержания этанола.

ОСНОВНЫЕ ИСТОЧНИКИ ИНФОРМАЦИИ ПО ТЕМЕ «АЛКОГОЛИЗМ И НАРКОМАНИЯ

  1. Это, в частности, касается некоторых северокавказских регионов, где жестко ограничивается доступность алкоголя.
  2. Например, один регион находится на 5-м месте по наркотикам и на 70-м месте по алкоголю, а другой — на 70-м и 5-м месте соответственно, но в «общем» рейтинге они располагаются недалеко друг от друга.
  3. URL: https://docs.cntd.ru/document/901711867?marker=6500IL

ВВЕДЕНИЕ

В XVIII–XIX веках продажа водки была одним из важнейших источников пополнения российской казны и государство поддерживало монополию на крепкий алкоголь. В 1914—1925 гг. действовал сначала «сухой», а затем «полусухой закон»: разрешалось продавать только слабые вина [1]. С начала 1930-х годов [2] потребление алкоголя почти непрерывно возрастало и стабилизировалось лишь в начале 2010-х годов. Исключением стали 1985–1987 годы, когда наблюдалось резкое снижение потребления в связи с антиалкогольной кампанией, но в 1990-е годы произошел новый скачок потребления алкоголя, сопровождавшийся серьезным ростом смертности, в первую очередь мужской [3].

В настоящее время, по данным «Трезвой России», алкоголь употребляют более 76 миллионов граждан в трудоспособном возрасте (85% трудоспособного населения страны). Употребление алкоголя является прямой или косвенной причиной 70% смертей в трудоспособном возрасте [4], что соответствует 266 тыс. человек за 2019 год. Экономический ущерб от употребления алкоголя для разных стран оценивается интервалом от 0,45% до 5,44% ВВП [5]. В России этот показатель составляет около 2% ВВП [6], из которых примерно четверть затрат является прямыми (оказание медицинской помощи), а остальные — непрямыми (потери от снижения производительности труда и преждевременной смертности, расходы социальных служб и др.) [7].

Наркотики являются сравнительно новой проблемой для российского общества. Если в Западной Европе и США наркомания стала заметной проблемой уже в 1960-х годах, то в СССР она оставалась малораспространенным, а главное, «нишевым» явлением, затрагивавшим лишь определенные группы людей в ограниченном числе регионов (например, в среднеазиатских республиках). Этому способствовала закрытость границ и относительная скудность внутренних источников психоактивных веществ (ПАВ). По данным органов здравоохранения СССР, в 1965 году на учете состояло 23,7 тыс. наркопотребителей (в том числе 10 тыс. в РСФСР), а в 1987 году — более 53 тыс. [8] После начала войны в Афганистане появились каналы поставки опиоидов в СССР [9], а широкие слои населения узнали о наркотиках от воинов-«афганцев» [10].

Государственный антинаркотический комитет (ГАК) Российской Федерации в 2019 году оценивал численность лиц, постоянно или эпизодически употреблявших наркотики, в 1,9 млн человек, а лиц, хотя бы раз употреблявших ПАВ, — в 8,5 млн чел. [11] Независимые оценки менее оптимистичны: систематически употребляют ПАВ 5 млн человек, периодически — 13 млн [12], т. е. всего 18 млн человек. Экстраполяция оценки ООН (5,5% населения в возрасте 15–64 года [13]) дает численность наркопотребителей в 5,4 млн человек. Официальное число смертей, обусловленных употреблением наркотиков, в 2019 году составило 4569 человек [14], однако адекватную оценку этого показателя дать гораздо сложнее, чем для алкогольной смертности [15].

МАСШТАБ ПРОБЛЕМЫ

1) Оценка размера и структуры потребления: алкоголь

После Второй Мировой войны всплеск алкоголизма наблюдался почти во всех европейских странах. Однако в Западной и Южной Европе традиционно употребляли вино, а не более опасные [16] крепкие напитки. В скандинавских странах, где, как и в России, существовала водочная (так называемая северная) культура потребления, имелись крайне жесткие ограничения на потребление: государственная монополия на производство крепкого алкоголя, ограниченное число мест реализации и даже нормирование продаж [17].

Не слишком удачный опыт советской кампании 1986–1987 годов [18] отнюдь не свидетельствует о невозможности эффективной борьбы с алкоголем. В отечественной структуре потребления алкоголя в 2000-е годы шло постепенное замещение водки пивом. За 1999–2009 годы удельный вес водки в потреблении (в этиловом эквиваленте [19]) снизился с 69% до 42%, а вес пива возрос с 18% до 37%. Однако в абсолютном выражении потребление водки снизилось на 22%, а потребление пива выросло в 2,7 раза. Это привело к росту общей алкоголизации населения почти на четверть [20]. В 2010-х годах государство (в первую очередь путем внесения изменений в текст закона 171-ФЗ [21]) предприняло ряд мер по снижению оборота алкогольной продукции. В частности, была запрещена реклама алкогольных напитков (включая пиво), повышены акцизы на алкоголь, установлены временные ограничения по продаже алкоголя.

Соответственно, наметилась тенденция к снижению потребления легального алкоголя: в 2010 г. оно составляло 11,2 л/год на взрослого старше 15 лет (в этиловом эквиваленте), в 2017 г. — 7,3 л/год, в 2019 г. — 7,5 л/год. Удельный вес водки в потреблении к 2019 г. снизился до 33%, а удельный вес пива вырос до 40% [22].

Тем не менее объем розничной продажи алкоголя не слишком хорошо отражает реальное потребление. Значительную его часть в России составляет самогон, а также нелегально реализуемая алкогольная продукция. Согласно определению ВОЗ, к неучтенным алкогольным напиткам относятся напитки домашнего производства (самогон, домашние вина и настойки), незаконный алкоголь (нелегально произведенные «обычные» алкогольные напитки, в основном водка) и различные суррогаты [23]. В том же документе ВОЗ отмечает снижение общего потребления алкоголя в России на одного взрослого с 18,7 литров в 2005 году (включая 6,2 литра неучтенного потребления) до 11,7 литров в 2016 году (в том числе 3,6 литра неучтенного потребления).

В Приложении к приказу Минздрава РФ № 575 приведена методология расчета незарегистрированного потребления крепкого алкоголя [24]. По данной оценке, в России за 2017 год незарегистрированное потребление составило 2,9 л/год на душу населения [25], или 30% от общего потребления, что совпадает с оценками ВОЗ. На региональном уровне, однако, наблюдались значительные колебания этого показателя: от 0% в Москве до 86% в Северной Осетии. К регионам с высокой долей незарегистрированного потребления относились также Кабардино-Балкарская (80%) и Чеченская республики (74%), Республика Тыва (67%) и Карачаево-Черкесская Республика (62%). Наименьшая доля незарегистрированного потребления наблюдалась, помимо Москвы, в Дагестане (0%), Сахалинской области (1%), Санкт-Петербурге (4%), Мурманской области (7%) и Камчатском крае (8%). Нужно подчеркнуть, что к этим оценкам, как и к любым результатам статистического моделирования, нужно относиться с определенной осторожностью [26].

Топ-5 регионов с наибольшим и наименьшим потреблением алкоголя (включая незарегистрированное) на 1 человека старше 15 лет, литров (2019 год, оценка) [27]

 
Наименьшее потребление
 
Наибольшее потребление

Потребление самогона в России, по данным Союза производителей алкогольной продукции, в 2019 году составляло около 12 млн декалитров, незаконного алкоголя — 23 млн, при легальной реализации в размере 87 млн декалитров [28] (по данным Росалкогольрегулирования, легальная реализация составляла 90 млн декалитров [29]).

2) Оценка размера и структуры потребления: наркотики

В отличие от незарегистрированного потребления алкоголя для потребления наркотиков в России не существует официальной методики количественной оценки, и крайне сомнительно, что она появится в ближайшем будущем. Изучение степени распространения наркотиков, в том числе на региональном уровне, весьма затруднено в силу следующих причин:

  • табуированности темы, усугубляющейся наличием административной (ст. 6.13 КоАП РФ) и уголовной (ст. 230 УК РФ) ответственности за пропаганду наркотиков и склонение к их употреблению. Российское общество также склонно стигматизировать наркопотребление: по опросам Фонда «Общественное мнение», в 2014 году 56% россиян выступали за уголовное преследование наркопотребителей. При этом 77% опрошенных считали наркоманию болезнью и лишь 13% — преступлением [30]. В 2018 году доля тех, кто считал наркоманию болезнью, составляла 37%, а 23% опрошенных предлагали изолировать наркоманов от общества [31];
  • скудности источников информации на региональном уровне. Число показателей, имеющих отношение к наркопотреблению и представленных в государственных статистических формах, невелико. К тому же данные о ситуации в регионах собираются не Росстатом, а Минздравом, Роспотребнадзором и МВД — ведомствами, доступ к статистике которых весьма ограничен. Достоверность имеющихся данных находится под вопросом (см. ниже);
  • значительной степени латентности (скрытости) явления, обусловленной его криминализацией. Если по алкоголю, который сам по себе является опасным ПАВ [32], имеются подробные данные об объемах производства, оптовой и розничной реализации (ввиду его легальности), то по наркотикам такие данные в официальной статистике отсутствуют. Существует анализ деятельности теневых торговых площадок в «даркнете» [33], но в силу неофициального характера этих данных оперировать ими мы не можем. Кроме того, возникают сомнения в репрезентативности таких исследований. Часть потребителей приобретает наркотики через мессенджеры или соцсети, а часть вообще не участвует в нелегальной торговле, предпочитая производить наркотики самостоятельно (например, приобретая их прекурсоры в аптеках [34]). На Западе широкое распространение получил химический анализ канализационных стоков на содержание наркотиков [35], однако в российских регионах подобные исследования, насколько нам известно, до сих пор не проводились.

Реальная структура потребления наркотических и психотропных средств в российских регионах слабо изучена даже в специализированных наркологических исследованиях. Можно лишь определенно утверждать, что она заметно разнится в зависимости от региона и зависит прежде всего от следующих факторов:

  • географического положения;
  • доходов потенциальных потребителей;
  • наличия (или отсутствия) местного производства.

Ключевая роль географического положения региона обусловлена высоким риском (и, соответственно, высокой стоимостью) нелегальной транспортировки наркотиков внутри России. В этом проявляется одна из важных особенностей отечественного подпольного рынка наркотиков. Как известно, морской путь транспортировки является наиболее дешевым и безопасным. Это относится и к наркотикам.

Важными «воротами» импорта наркотиков в Россию являются всего несколько портовых городов, и в первую очередь — Санкт-Петербург. Другими транзитными пунктами являются Находка, Калининград и Ростов-на-Дону, откуда наркотики развозятся по стране [36]. Второе направление наркотрафика — с юга, из Афганистана через российско-казахстанскую границу (т.н. «северный маршрут» [37]). Логистические проблемы обуславливают сравнительно высокую стоимость импортных наркотиков для потребителей из отдаленных регионов. Соответственно, значительная часть привозных наркотиков (в первую очередь героина) потребляется «на месте» — в Санкт-Петербурге, Ленинградской, Калининградской и Ростовской областях, в Крыму, Краснодарском и Приморском краях, а также в граничащих с Казахстаном Самарской, Челябинской и Новосибирской областях. Это хорошо видно на карте наркопреступлений [38] в российских регионах за 2014 год, созданной Институтом проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге.

Остальная часть «импорта» направляется преимущественно в Москву и Московскую область — наиболее крупный с точки зрения платежеспособного спроса рынок страны. Ввиду сравнительно низких доходов населения большинства других регионов страны основными группами потребляемых наркотиков до конца 2000-х годов были опиоиды (преимущественно афганского происхождения) и натуральные каннабиноиды. В 2010-х годах ситуация кардинально изменилась. Это обусловлено двумя основными факторами:

  • широким распространением синтетических наркотиков, дешевых в производстве и провоцирующих высокую аддиктивность и толерантность [39];
  • массовым переходом к бесконтактным методам торговли наркотиками [40].

По данным формы межведомственной статистической отчетности «4-МВ-НОН» о числе лиц, совершивших административные правонарушения (код 174) [41], можно судить о структурных изменениях в потреблении наркотиков. Так, в 2020 году по сравнению с 2017 годом приблизительный [42] удельный вес потребителей каннабиноидов снизился с 30% до 22%, опиоидов — с 9% до 6%, в то время как доля потребителей синтетических наркотиков увеличилась с 13% до 17%, а «других наркотических средств, не указанных в справочниках» — с 45% до 54%. Другим косвенным признаком распространения синтетических наркотиков является снижение производства опиоидов в Афганистане: достигнув своего пика в 2017 году (около 9000 тонн), в 2018–2020 годах оно находилось в пределах 6300–6400 тонн [43].

Констатируя эту тенденцию, специалисты ННЦ наркологии Минздрава приходят к следующему выводу:

«С одной стороны, быстрыми темпами снижается заболеваемость опиоидной наркоманией. С другой стороны, наблюдается увеличение показателей заболеваемости наркоманиями вследствие употребления психостимуляторов, а также употребления нескольких наркотиков и использования других (в том числе новых) наркотиков. Однако суммарный прирост показателей заболеваемости последними расстройствами не оказывает значимого влияния на общий уровень заболеваемости наркоманией, поскольку положительный прирост числа пациентов с этими видами зависимости не компенсирует отрицательный прирост пациентов с опиоидной наркоманией» [44].

Однако темпы увеличения потребления «новых» наркотиков, по-видимому, недооцениваются [45]. Постепенное вытеснение натуральных опиоидов и каннабиноидов еще более опасными [46] синтетическими наркотиками, несомненно, усугубило ситуацию в большинстве регионов страны. Если раньше высокая стоимость сухопутной транспортировки наркотиков в какой-то мере сдерживала потребление вдали от Москвы и Санкт-Петербурга, то в настоящее время возрастает значение местного производства синтетических наркотиков. Его масштаб тем не менее зависит от регулярности поставок прекурсоров из-за рубежа (в первую очередь, из Китая) [47]. Как ни парадоксально, ситуация временно улучшилась из-за пандемии коронавируса. Связанные с ней ограничения прервали или серьезно нарушили цепочки поставок прекурсоров, что привело к подорожанию наркотиков и снижению их доступности [48].

3) Смертность, обусловленная употреблением алкоголя и наркотиков

В Международной классификации болезней, травм и причин смерти (в настоящее время действует МКБ-10, т. е. десятого пересмотра) случайные отравления обозначаются кодами в интервалах X40-X49, Y10-Y19. Непосредственное отношение к рассматриваемой теме имеют разделы Х45 «Случайное отравление алкоголем» и Х42 «Случайное отравление наркотиками и психодислептиками, не классифицированное в других рубриках». Однако ограничиваться ими нельзя: существует серьезная проблема объективности учета. В медицинском свидетельстве о смерти, являющемся первичным документом статистического учета, любое упоминание об алкоголе или наркотиках, как правило, является нежелательным для родственников умершего. С 2008 г. появилась возможность замены свидетельства ввиду уточнения причины смерти, что дает простор для злоупотреблений. Значительная часть алкогольных отравлений может маскироваться под сердечно-сосудистые заболевания (например, «другие формы острой ишемической болезни сердца»)[49], например «Другие формы острой ишемической болезни сердца»). В базе данных Центра демографических исследований РЭШ нередко встречаются случаи смерти от этой причины даже в возрастном интервале 15–19 лет, что не может не вызывать подозрений.

При регистрации причины смерти перед патологоанатомом или судмедэкспертом встают и объективные проблемы медицинского характера. Во-первых, следы алкоголя или наркотиков в организме умершего, даже в больших концентрациях, не обязательно свидетельствуют об отравлении как о непосредственной причине смерти. Во-вторых, отравление некоторыми суррогатами алкоголя (например, метанолом или изопропиловым спиртом) формально не является алкогольным отравлением, но, по сути, относится к алкоголь-ассоциированным причинам. Таким образом, недостаточная квалификация эксперта или его субъективный подход могут оказать решающее влияние на результаты учета.
С 2011 года наблюдается значительное (в 6–7 раз) занижение числа случайных отравлений алкоголем, которые зачастую маскируются причиной Y15 «Отравление и воздействие алкоголем с неопределенными намерениями» [50].

Подобная практика, по-видимому, существует и при регистрации смертности от отравлений наркотиками. Помимо пожеланий родственников, на результаты статистического учета может влиять тот факт, что уровень смертности от случайных отравлений наркотиками является одним из целевых «показателей состояния наркоситуации» в регионе, установленных «Положением о государственной системе мониторинга наркоситуации в Российской Федерации» [51]. Задача региональных властей — обеспечить устойчивое снижение данного целевого показателя. Например, в Москве за 2018–2019 годы стандартизированный коэффициент смертности от случайных отравлений наркотиками (Х42) снизился с 10,6 до 9,5 случаев на 100 тыс. человек в возрасте 15–49 лет, в то время как смертность от отравлений наркотиками с неопределенными намерениями (Y12) в том же возрастном интервале выросла с 3,4 до 4,9 случаев, а от прочих случайных отравлений (Х46-Х49) — с 1,9 до 2,2 случаев [52]. С учетом этого, наиболее разумным решением при анализе является суммирование смертности от всех отравлений, за исключением отравлений медикаментами.

Топ-5 регионов с наибольшей и наименьшей смертностью от случайных отравлений алкоголем и наркотиками, прочих случайных отравлений (в том числе с неопределенными намерениями), случаев на 100 тыс. населения в возрасте 15–79 лет (стандартиз., 2019)

 
Наибольшая смертность
 
Наименьшая смертность

Уровень самоубийств также может отражать степень неблагополучия региона. По данным исследований самоубийств, потребление алкоголя обуславливает 61–63% мужских и 35% женских суицидов [53]. К сожалению, качество статистических данных на региональном уровне является совершенно неудовлетворительным. Например, в Сахалинской области в 2017 году уровень самоубийств составлял в среднем 7,98 случаев на 100 тыс. населения, а в 2019 году — всего 0,4 (снижение на 95%, для сравнения — по России за тот же период снижение составило 15%). Еще более впечатляет пример Хабаровского края: снижение с 25,6 случаев (2015 г.) до 2,32 (2016 г.), т. е. на 91% всего за год [54]. Аналогичные примеры можно привести для Астраханской и Липецкой областей, Республики Тыва и других регионов. Очевидно, подобные колебания с большой долей вероятности объясняются вышеописанными особенностями ведения статистичекого учета в регионах.

4) Заболевания, ассоциированные с алкоголем и наркотиками

По данным ВОЗ, потребление алкоголя — уникальный по своему охвату фактор, влияющий на риски примерно 230 болезней и травм, упоминаемых в МКБ-10 [55]. Согласно масштабному исследованию, опубликованному в журнале Lancet [56], из 23 важнейших алкоголь-ассоциированных причин смерти 19 являются теми или иными заболеваниями.

Заболевания, связанные с употреблением алкоголя и наркотиков, можно разделить на две группы:

  • заболевания, непосредственно обусловленные употреблением: синдром зависимости от алкоголя или наркотиков (алкоголизм, наркомания), пагубное употребление алкоголя или наркотиков, алкогольная кардиомиопатия, алкогольная полиневропатия, психические и поведенческие расстройства, алкогольный цирроз печени и др.;
  • заболевания, косвенно обусловленные употреблением [57]: острый и хронический панкреатит, рак печени и пищевода, ишемический и геморрагический инсульты; ишемическая болезнь сердца, ВИЧ-инфекция, гепатит C (риск заболеваемости которым связан с парентеральным употреблением [58]; в частности, исследования показывают, что 44% больных были наркопотребителями [59]) и др.

В силу уже упомянутых особенностей статистического учета (характерных не только для России) надежность показателей заболеваемости или смертности от заболеваний первой группы не слишком высока. Упоминание алкоголя или наркотиков в диагнозе является «нежелательным» и может привести к занижению показателей заболеваемости и смертности [60].

К причинам, обуславливающим высокую естественную латентность алкоголизма и наркомании, относятся:

  • высокий уровень отрицания проблемы (анозогнозии), характерный для данных заболеваний [61]. Это приводит к существенному снижению уровня обращаемости за медицинской помощью;
  • законодательно установленные ограничения для зарегистрированных наркологических больных. Человек, находящийся под диспансерным наблюдением, не может управлять транспортным средством, состоять на государственной службе, владеть оружием, усыновлять детей и т. д. Социально-правовой стигмы можно избежать при анонимном обращении в негосударственные наркологические учреждения, однако здесь возникают вопросы стоимости лечения и физической доступности частных клиник, которые ставят больных в заведомо неравные условия.

В отечественной наркологической практике принято различать диагнозы «алкоголизм (наркомания)» и «пагубное употребление алкоголя (наркотиков)». Во втором случае факт наличия зависимости от употребления считается не установленным, при явных негативных последствиях употребления. Доля пациентов с диагнозом «алкоголизм» в сумме больных с диагнозами «алкоголизм» и «пагубное употребление алкоголя» в 2019 году составляла 88,1%. Соответствующая доля пациентов с диагнозом «наркомания» составляла 62,4%. Нужно заметить, что на региональном уровне последний показатель варьирует от 16,5% (Республика Ингушетия) до 89,9% (Москва) [62]. Складывается впечатление, что на практике выбор между двумя диагнозами («наркомания» или «пагубное употребление наркотиков») довольно субъективен, а предпочтения различаются в зависимости от региона. Вероятно, при оценке ситуации целесообразнее использовать суммарный показатель, не разделяя зависимость и пагубное употребление.

Регионы по уровню первичной заболеваемости (т. е. впервые зарегистрированной в данном году) и общей заболеваемости совпадают далеко не всегда (см. Табл. 1).

Табл. 1. Группировка регионов по уровню общей и первичной заболеваемости наркологическим расстройствами (2019 г., на 100 тыс. населения соответствующего возраста). Регионы отсортированы по алфавиту.

  Первичная заболеваемость Общая заболеваемость
Алкоголизм (на 100 тыс. населения 15+)
Регионы с наименьшей заболеваемостью (диапазон значений от 5,0 до 16,1)
Астраханская область
Краснодарский край
Республика Дагестан
Санкт-Петербург
Чеченская Республика
(диапазон значений от 276,4 до 462,1)
Краснодарский край
Москва
Республика Дагестан
Санкт-Петербург
Чеченская Республика
Регионы с наибольшей заболеваемостью (диапазон значений от 122,6 до 265,4)
Пензенская область
Республика Коми
Сахалинская область
Хабаровский край
Чукотский АО
(диапазон значений от 2148,8 до 4509,9)
Брянская область
Камчатский край
Магаданская область
Сахалинская область
Чукотский АО
Наркомания и пагубное употребление наркотиков (на 100 тыс. населения 15–39 лет)
Регионы с наименьшей заболеваемостью (диапазон значений от 23,3 до 38,8)
Карачаево-Черкесская Республика
Кировская область
Оренбургская область
Республика Карелия
Чеченская республика
(диапазон значений от 174,8 до 323,9)
Архангельская область
Кировская область
Ненецкий АО
Республика Карелия
Чукотский АО
Регионы с наибольшей заболеваемостью (диапазон значений от 185,7 до 314,1)
Забайкальский край
Приморский край
Республика Алтай
Республика Бурятия
Сахалинская область
(диапазон значений от 1809,8 до 3405,6)
Воронежская область
Еврейская авт. область
Курганская область
Республика Крым
Сахалинская область

Обращает на себя внимание критическое положение Сахалинской области, которая входит в пятерку самых неблагополучных регионов как по первичной, так и по общей заболеваемости алкоголизмом и наркоманией. К благополучным по алкоголизму регионам относятся Краснодарский край, Санкт-Петербург, республики Дагестан и Чечня. Низкие уровни первичной и общей заболеваемости наркоманией демонстрируют Республика Карелия и Кировская область.

5) Криминальные последствия употребления алкоголя и наркотиков

Спектр криминальных последствий алкоголизма и наркомании весьма обширен. Во-первых, это административные и уголовные правонарушения, непосредственно связанные со сбытом, хранением, контрабандой и производством наркотических и психотропных средств. Подавляющее число зарегистрированных преступлений в этой сфере (более 99%) относится к двум статьям УК РФ — 228 и 228.1 (наказывающей за незаконное производство и сбыт). Примерно 60% наркопреступлений приходятся на более тяжкую статью 228.1, хотя региональные различия достаточно велики — от 6% в Чеченской Республике до 87% в Чувашии [63]. Этот показатель позволяет косвенно судить о жесткости действий правоохранительных органов региона. Максимальные значения (более 75%) наблюдаются в республиках Коми, Карелия, Чувашия, Калужской, Костромской, Мурманской, Новгородской, Псковской и Тверской областях и в Москве. Минимальные значения (менее 30%) — во всех республиках Северного Кавказа, республиках Алтай, Калмыкия, Хакасия, Приморском, Краснодарском и Забайкальском краях, Амурской области.

Во-вторых, это сопутствующие проявления алкоголя и наркотиков в криминальной статистике: дорожно-транспортные происшествия с участием водителей и пешеходов, находящихся под воздействием ПАВ; преступления (в частности, убийства и тяжкие телесные повреждения), совершенные в состоянии алкогольного или наркотического опьянения.

Третья группа наиболее сложна для наблюдения: кражи, разбойные нападения и другие правонарушения с целью получения денег для приобретения алкоголя или наркотиков.

К сожалению, достоверность данных по наркопреступлениям, как и всей российской криминальной статистики, крайне низка. Помимо уже упомянутой естественной латентности, корень проблемы состоит в том, что целью статистики считается не объективное отражение криминальной ситуации в регионах, а эффективность функционирования правоохранительных органов.

Авторы отчета, посвященного отечественной криминальной статистике, указывают:

Структура преступности интересует МВД не как знание о социальном явлении. Структура преступности должна максимально соответствовать внешне заданным ожиданиям от этого ведомства. Важно соответствие предыдущему периоду, а изменение структуры возможно лишь при активно заявленной борьбе с отдельными видами преступлений [64].

К аналогичному выводу приходят исследователи, изучающие генезис распространения наркозависимости в России:

Уголовная статистика фиксирует не реальное ее состояние, а лишь состояние борьбы с ней, проводимой правоохранительными органами и частично общественными организациями, нацеленными на борьбу с наркоманией. 80% опрошенных сотрудников органов внутренних дел считают, что уровень преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, значительно выше фиксируемого официальной статистикой [65].

Тем не менее, возможно, что некоторым криминальным индикаторам все же присуща определенная степень достоверности (по крайней мере, при ранжировании регионов по степени выраженности проблемы). К таким показателям, значимо коррелирующим с данными медицинской статистики [66], можно отнести долю преступлений, совершенных в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. На алкоголь в структуре таких преступлений приходится 95–96%, что частично объясняется сложностью диагностики наркотического опьянения.

Топ-5 регионов с наибольшей долей преступлений, совершенных в состоянии опьянения, % (2019 г.)

 
алкогольное опьянение
 
наркотическое опьянение

ФИНАНСЫ И РЕСУРСЫ, ЗАТРАЧИВАЕМЫЕ НА РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМЫ

1) Финансирование

Бремя расходов на борьбу с алкоголизмом и наркоманией, по состоянию на сегодняшний день, возложено на регионы. В «Концепции реализации государственной политики по снижению масштабов злоупотребления алкогольной продукцией и профилактике алкоголизма среди населения Российской Федерации на период до 2020 года» [67] сведений о финансировании соответствующих мероприятий нет. Государственная программа Российской Федерации «Противодействие незаконному обороту наркотиков», состоявшая из трех подпрограмм и рассчитанная на период до 2020 года включительно, была свернута весной 2017 года [68].

В расходной части «Отчета об исполнении консолидированного бюджета региона» (форма 0503317) отсутствуют какие-либо упоминания о борьбе с алкоголем или наркотиками, а также о реабилитации потребителей.

Информация об объеме финансирования антинаркотических программ субъектов Российской Федерации содержится в ведомственной форме 03а-АНК [69]. Суммарный объем фактически выделенных средств составил: в 2017 году — 1,06 млрд руб., в 2018 году — 1,10 млрд руб., в 2019 году — 1,57 млрд руб. [70]

Сведений о финансировании антинаркотических программ в региональном разрезе ГАК в своем ответе на соответствующий запрос не предоставил [71]. Остается полагаться на данные «Докладов о наркоситуации», ежегодно составляемых региональными антинаркотическими комиссиями [72]. В открытом доступе удалось найти 186 из 255 докладов за 2017–2019 годы [73]. Адекватно оценить объем финансирования антинаркотических мероприятий на их основе довольно трудно, а порой и невозможно [74]. Как правило, в рамках региональной программы развития здравоохранения выделена подпрограмма противодействия распространению наркотиков (варианты ее названия меняются в зависимости от региона). В том случае, если такая подпрограмма отсутствует, регион отчитывается о финансировании «близких по духу» программ, направленных на развитие образования, здравоохранения, физической культуры и спорта, а также профилактику правонарушений, экстремизма и пр. [75] Установить конкретные суммы расходов на борьбу с алкоголем и наркотиками при этом не представляется возможным. Кроме того, числовые данные в докладах одной и той же антинаркотической комиссии совпадают не всегда [76].

Структура финансирования формой 03а-АНК явным образом не регламентирована. Расходы на антинаркотические мероприятия в регионах можно разделить на три части:

  • противодействие незаконному обороту наркотиков [77] (в частности, уничтожение дикорастущих наркосодержащих растений);
  • профилактика немедицинского употребления наркотиков (мониторинг ситуации; информационно-просветительская деятельность; организация различного рода мероприятий, социальных проектов и т. п.). Сюда же будут относиться расходы на наркологическую службу (содержание и ремонт наркологических диспансеров и химико-токсикологических лабораторий; подготовка и повышение квалификации персонала; закупки медицинского оборудования, тест-систем и др.);
  • реабилитация и ресоциализация наркопотребителей (в том числе поддержка НКО соответствующего профиля). Данная статья в отдельных регионах финансируется по остаточному принципу [78] или не финансируется вовсе, хотя средства из бюджета могут и выделяться [79].

Удельный вес расходов на противодействие незаконному обороту наркотиков в России в 2017–2019 годах находился в интервале от 9,0% до 10,7%; удельный вес расходов на реабилитацию и ресоциализацию — в интервале от 32,7% до 37,8% [80].

Судя по имеющимся в нашем распоряжении (неполным) данным, максимальный объем финансирования получили антинаркотические мероприятия в Калужской области: в 2017 году было выделено 106,95 млн руб., в 2018 году — 108,71 млн руб., в 2019 году — 55,71 млн руб. Резкое сокращение финансирования в 2019 году может быть связано с ликвидацией государственной программы «Профилактика незаконного потребления наркотических средств и психотропных веществ, наркомании в Калужской области» [81]. Наибольшее сокращение финансирования в 2019 году по сравнению с 2017 годом наблюдалось в Челябинской (на 97%), Ярославской (на 88%), Магаданской (на 81%) и Калининградской (на 80%) областях. Максимальный рост финансирования отмечен в Архангельской области (на 127%), Рязанской (на 122%), Амурской (на 96%) и Псковской (на 93%) областях, Ханты-Мансийском (на 124%) и Ямало-Ненецком (на 93%) автономных округах.

Медианный объем выделенного финансирования в 2017 году составил 3,8 млн руб., в 2018 году — 2,4 млн руб., в 2019 году — 3,7 млн руб. [82] По относительным расходам (в расчете на одного человека в возрасте 15–39 лет) в 2019 г. лидировали Республика Коми (343,0 руб.), Ненецкий АО (244,1 руб.), Тюменская область (202,6 руб.), Ямало-Ненецкий АО (192,6 руб.), Калужская область (174,1 руб.). Минимальные уровни финансирования зафиксированы в Челябинской области (0,1 руб.), Кабардино-Балкарской Республике (0,3 руб.), Тамбовской (0,6 руб.), Кировской (0,7 руб.) областях и Республике Крым (1,1 руб.) [83]. Представитель Департамента здравоохранения Чукотского АО заявил об отсутствии «непосредственного финансирования» антинаркотической программы за 2018–2020 годы [84]. Соответствующее финансирование отсутствует и в Чеченской Республике [85].

2) Ограничения при реализации алкогольной продукции

Ограничения продажи алкоголя являются важной составляющей первичной (связанной с предупреждением употребления) профилактики алкоголизма [86]. Основными направлениями здесь являются ценовое регулирование и ограничения по времени реализации. Возможность ужесточения этих параметров дает основания рассматривать их как своеобразный, но весьма действенный ресурс [87].

Для оценки эффективности ценовой политики региона были выбраны индикаторы «покупательная способность заработной платы по водке и пиву» [88]. Они показывают, сколько литров водки или пива можно купить на одну медианную зарплату [89]. В последние годы ценовая доступность алкоголя в России растет: если в 2017 году на одну зарплату можно было купить 47,5 л водки или 261,7 л пива, то в 2019 году — 55,8 л и 300,8 л, соответственно. В региональном разрезе за этот период больше всего выросла доступность водки в Магаданской области (+46,9%), республиках Адыгея (+45,4%) и Алтай (+42,9%), г. Севастополь (+42,4%), Ненецком АО (+35,7%). Снижение доступности водки произошло только в Ямало-Ненецком АО (-1,3%). Пиво стало доступнее в Магаданской области (+43,6%), Астраханской области (+29,5%), Республике Алтай (+25,4%), Орловской области (+25,4%) и Псковской области (+24,8%). Менее доступным пиво стало лишь для жителей Чукотского АО (-12,0%) и Республики Хакасия (-0,9%). Очевидно, главным фактором повышения доступности является сравнительно низкий (на фоне общей инфляции) темп роста цен на алкогольную продукцию.

Наибольшая ценовая доступность водки и пива наблюдается в регионах Дальневосточного и Северо-Западного федеральных округов, а также в Москве, Московской области, Ханты-Мансийском АО и Ямало-Ненецком АО. Минимальная ценовая доступность алкоголя характерна для республик Северного Кавказа.

Регионы с наибольшей и наименьшей покупательной способностью заработной платы по водке и пиву, л (2019 г.)

 
Наибольшая доступность водки
 
Наименьшая доступность водки
 
Наибольшая доступность пива
 
Наименьшая доступность пива

Российское законодательство ограничивает время продажи алкоголя интервалом с 8 до 23 часов [90], однако оставляет за регионами право ужесточить это правило, в частности, путем введения полного запрета на реализацию в определенные «дни трезвости» (например, 1 сентября, 1 июня и др.). Этим правом до сих пор не воспользовались г. Москва, Костромская, Курганская, Московская, Самарская, Свердловская, Смоленская, Челябинская и Ярославская области, а также Республика Северная Осетия. В этих регионах наблюдается максимально возможный уровень временной доступности приобретения алкоголя [91] — 228 условных суток в году (15 часов в день при отсутствии «дней трезвости»). Наиболее жесткие временные ограничения введены в Чеченской Республике (30 суток), республиках Тыва (41 сутки) и Саха (91 сутки), Чукотском АО (119 суток) и Тульской области (131 сутки).

Анализ показывает, что влияние временной доступности на величину розничной продажи алкоголя особенно заметно для регионов Дальневосточного, Сибирского и Северо-Западного федеральных округов и почти незначимо для регионов Северо-Кавказского и Южного федеральных округов. Данное обстоятельство может объясняться сравнительно меньшей распространенностью домашнего винокурения и большей долей крепких напитков в структуре потребления населения северных и восточных регионов страны.

3) Инфраструктура для лечения и реабилитации наркологических больных

Число наркологических диспансеров и стационаров в России в последнее время снижается: если в 2017 году функционировало 86 диспансеров (в т. ч. 81 со стационаром), то в 2019 году — лишь 77 (75 со стационаром). В некоторых регионах (Архангельской, Иркутской, Саратовской и Тамбовской областях, Республике Алтай, Республике Ингушетия, г. Севастополе, Еврейской автономной области, Ханты-Мансийском АО, Ямало-Ненецком АО) наркологическая помощь оказывается в психиатрических организациях, а в Ненецком АО и Чукотском АО — в многопрофильных медицинских организациях [92].

Основным показателем инфраструктуры является обеспеченность коечным фондом. Наличие возможности круглосуточной госпитализации весьма важно при оказании наркологической помощи.

Табл. 2. Группировка субъектов РФ по обеспеченности наркологическим коечным фондом, на 100 тыс. населения старше 15 лет (2019 г.). Регионы отсортированы по алфавиту.

вид коек наиболее обеспеченные регионы, топ-5 наименее обеспеченные регионы, топ-5
круглосуточные койки (диапазон значений от 36,9 до 54,5) Магаданская область
Ненецкий АО
Сахалинская область
Чукотский АО
Ямало-Ненецкий АО
(диапазон значений от 0 до 5,1) Новосибирская область
Республика Дагестан
Республика Ингушетия
Ставропольский край
Чеченская Республика
койки дневного пребывания (диапазон значений от 7,0 до 16,8)
Иркутская область
Камчатский край
Кемеровская область
Магаданская область
Тульская область
16 регионов не имели коек:
г. Севастополь
Кировская область
Курганская область
Ненецкий АО
Республика Адыгея
Республика Бурятия
Республика Ингушетия Республика Калмыкия
Республика Марий Эл
Республика Хакасия
Ростовская область
Рязанская область
Ленинградская область
Самарская область
Тюменская область (без а/о)
Ярославская область
реабилитационные койки (диапазон значений от 9,0 до 13,8)
Камчатский край
Курганская область
Новгородская область
Сахалинская область
Ханты-Мансийский АО
8 регионов не имели коек:
г. Севастополь
Костромская область
Ненецкий АО
Псковская область
Республика Крым
Республика Ингушетия
Чеченская Республика
Чукотский автономный округ

Единственным регионом, не имеющим круглосуточных наркологических коек, коек дневного пребывания и реабилитационных коек (по данным Минздрава РФ), является Республика Ингушетия [93].

Реабилитационное звено государственной наркологической помощи в 2019 году было представлено 11 реабилитационными центрами (РЦ), 123 стационарными реабилитационными отделениями (РО, в том числе в составе РЦ) и 64 амбулаторными отделениями медицинской реабилитации. Некоторые РЦ и РО являются загородными [94], что повышает эффективность реабилитации в условиях повышенной изоляции пациентов от неблагоприятных контактов с внешним миром.

Одиннадцать субъектов РФ (Брянская и Курская область, республики Алтай, Дагестан, Ингушетия, Калмыкия, Крым; г. Севастополь [95], Еврейская автономная область, Ненецкий АО и Чукотский АО) не имеют специализированных учреждений для реабилитации наркологических больных. Количество реабилитационных коек в этих регионах также весьма ограничено [96].

К процессу реабилитации также подключены социально ориентированные некоммерческие организации, получающие финансовую поддержку в рамках антинаркотических программ. В бюджетах многих регионов предусмотрено финансирование специальных сертификатов на реабилитацию и ресоциализацию наркопотребителей. Механизм целевого финансирования реабилитации конкретного пациента был запущен в 2014 году в Москве [97], в 2015 году в программе участвовало уже 10 субъектов РФ [98], а в 2018 году — 42 субъекта. В России в 2018 году выдано 835 сертификатов, в 2019 году — 1269 (сколько из них реализовано [99], неизвестно). Число выданных и реализованных сертификатов в регионе обычно исчисляется единицами, редко — десятками в год [100]. К примеру, в Псковской области в 2017 году реализовано 12 сертификатов, в 2018 году — 7, в 2019 г. — 5 [101]. Помимо нехватки денег в региональных бюджетах [102], причиной этого может быть недостаточная информированность пациентов о программе. В 2019 году наибольшее число сертификатов (288) было выдано в Свердловской области, из которых 214 было реализовано [103].

4) Численность психиатров-наркологов

Число психиатров-наркологов (физических лиц) в регионе, по-видимому, зависит не столько от напряженности ситуации с алкоголизмом и наркоманией, сколько от финансовых и инфраструктурных причин. По числу психиатров-наркологов (на 100 тысяч населения старше 15 лет) в 2019 году лидировали регионы Крайнего Севера. К числу аутсайдеров относились северокавказские республики, а также Курганская область. Санкт-Петербург (в среднем 3,3 человека), в отличие от Москвы (5,4), не достигал общероссийского уровня обеспеченности психиатрами-наркологами (4,2). Кроме того, Санкт-Петербург стал одним из трех регионов (наряду с Карелией и Курганской областью) с наибольшим относительным сокращением численности психиатров-наркологов в 2019 году по сравнению с 2017 годом (150 и 187 человек соответственно). В Москве численность психиатров-наркологов, напротив, увеличилась с 566 до 584 человек [104]. В 17 субъектах РФ насчитывалось менее 20 психиатров-наркологов, причем многие из этих регионов характеризуются высоким уровнем заболеваемости наркологическими расстройствами: Еврейская авт. область (4 психиатра-нарколога), Чукотский АО (5), Республика Ингушетия (9), Курганская область (12), Республика Хакасия (12), Костромская область (15) и др.

Регионы с наибольшим и наименьшим числом психиатров-наркологов, на 100 тыс. населения в возрасте старше 15 лет (2019 г.)

 
Наименьшее число врачей
 
Наибольшее число врачей

Помимо обеспеченности населения специалистами, необходимо учитывать степень их загруженности, которую можно охарактеризовать коэффициентом совместительства (отношение числа занятых должностей-«ставок» к числу психиатров-наркологов). В последние годы этот показатель постепенно снижался и в 2019 г. составил 1,54 «ставки» на одного врача. Однако загруженность в регионах различается довольно сильно. Наибольшая загруженность психиатров-наркологов наблюдалась в Еврейской автономной области (4,1 должности), Вологодской области и Ненецком АО (по 2,7), Карачаево-Черкесской Республике и Республике Хакасия (по 2,5). Наилучшая ситуация — в республиках Алтай и Мордовия (по 1,1 должности), в Амурской и Новосибирской областях, а также в Санкт-Петербурге (по 1,2) [105].

РЕЗУЛЬТАТИВНОСТЬ УСИЛИЙ, НАПРАВЛЕННЫХ НА РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМЫ

1) Число ремиссий на 100 наркологических больных

Ключевым показателем эффективности лечения в отечественной наркологии считается полнота и длительность ремиссии (длительного воздержания от употребления) [106]. Следовательно, вместо излечения зависимости корректнее говорить о ремиссии, которая в лучшем случае длится на протяжении всей жизни пациента. В российской практике выделяют ремиссии продолжительностью от 1 года до 2 лет и свыше 2 лет. Так как численность пациентов в течение года может значительно колебаться, используется отношение числа пациентов с диагнозом зависимости, находящихся в ремиссии, к среднегодовой численности наркологических больных. Этот индикатор нельзя трактовать как вероятность наступления ремиссии в течение того или иного срока, так как конкретные контингенты больных, используемые при его расчете (числитель и знаменатель), различаются [107].

Тем не менее относительное число ремиссий позволяет грубо оценить успешность функционирования наркологической службы региона. В течение последних лет общий уровень ремиссии наркологических больных от 1 года до 2 лет вырос с 12,4 (2015 г.) до 13,3 (2019 г.) ремиссий, а свыше 2 лет — с 10,2 до 10,9 ремиссий. Нужно заметить, что в 2018—2019 гг. наблюдалась стабилизация этого показателя, а для ремиссий свыше 2 лет — даже небольшое снижение.

По данным Минздрава РФ, наилучшие показатели по числу ремиссий свыше 1 года в 2019 году зафиксированы в Челябинской области (39,1 ремиссий), Севастополе (39,0), Тамбовской области (33,7), Оренбургской области (33,5) и Сахалинской области (33,4). Наихудшая ситуация — в Республике Ингушетия (5,6 ремиссий), Ненецком АО (9,9), Калининградской области (16,3), Республике Крым (16,3) и Республике Северная Осетия (16,4) [108].

2) Снятие с диспансерного наблюдения

Снятие наркологического пациента с диспансерного учета может происходить не только в связи со стойкой ремиссией, но и в связи со смертью, сменой постоянного места жительства [109] или письменным отказом пациента от наблюдения. Стойкой ремиссией (выздоровлением, длительным воздержанием) в настоящее время считается ремиссия сроком более 3 лет (при определенных условиях — более 2 лет) [110]. До 2015 г. минимальный срок составлял 3 года для больных с алкогольной зависимостью и 5 лет — с наркотической [111].

Уровень снятия с диспансерного учета в связи с выздоровлением (длительным воздержанием) для больных наркоманией несколько выше, чем для больных алкоголизмом (в 2019 году — соответственно 4,7 и 3,6 на 100 больных). Возможно, это связано с большим вниманием к лечению наркомании или факторами немедицинского характера. Например, более высокая численность больных алкоголизмом может повлиять на снижение уровня снятия с диспансерного учета ввиду юридических особенностей этой процедуры (см. ниже). В пятерку регионов с максимальными уровнями снятия с учета по всем наркологическим заболеваниям вошли Республика Хакасия (19,1 на 100 больных), Республика Тыва (10,3), Республика Алтай (8,2), Ханты-Мансийский АО (8,0) и Сахалинская область (7,2). Минимальный уровень снятия с учета в 2019 году зафиксирован в Республиках Бурятия и Калмыкия (по 1,1), Калининградской и Нижегородской областях (по 1,3), Республике Адыгея (1,4) [112].

Нужно отметить, что показатель снятия с диспансерного учета имеет свои ограничения, связанные с вопросами юридического характера. C 2015 года из числа причин снятия с учета изъяты «невозможность обеспечить осмотр больного в течение 1 года» и «осуждение больного к лишению свободы на срок свыше 1 года». Это приводит к увеличению числа больных, состоящих на диспансерном учете, но не подвергающихся осмотру врача-нарколога (и, как правило, вообще не выходящих с ним на контакт). В 2019 году доля таких пациентов, по оценке специалистов ННЦ наркологии Минздрава РФ, составляла 10% и имела тенденцию к росту [113]. Увеличение численности состоящих на диспансерном учете ведет к соответствующему ухудшению показателей ремиссии и снятия с диспансерного учета в связи с выздоровлением.

3) Уровень госпитализации на 100 наркологических больных

Обычно уровень госпитализации определяется как число поступивших по всем заболеваниям или отдельно по определенным заболеваниям на 100, 1000, 10000 или 100000 среднегодовой численности населения [114]. Для более детального представления эффективности функционирования наркологической службы рассчитывалось отношение числа госпитализаций, скорректированного на повторность, к численности больных [115]. Общий уровень госпитализации на 100 больных увеличился с 18,7 (2017 год) до 22,1 (2019 год), в том числе госпитализации больных алкоголизмом — с 19,2 до 22,7, больных наркоманией (без пагубного употребления наркотиков) — с 13,3 до 16,0 госпитализаций.

Рост данного показателя свидетельствует о повышении латентности наркологических расстройств. Не получая по каким-либо причинам своевременной (плановой) амбулаторной помощи, больные чаще попадают в стационар в сравнительно тяжелом состоянии, порой требующем экстренного вмешательства. С другой стороны, слишком низкий уровень госпитализации может свидетельствовать о дефиците мест в наркологических стационарах региона.

В 2019 году минимальные уровни госпитализации наркологических больных наблюдались в Чеченской Республике (4,2 госпитализации на 100 больных), Республике Дагестан (5,6), Республике Калмыкия (7,6), Еврейской АО (8,4) и Республике Крым (8,7). В топ-5 по уровню госпитализации находились Липецкая область (54,7), Республика Тыва (49,4), Республика Карелия (48,4), Оренбургская область (46,0) и Ивановская область (45,2) [116].

4) Повторность поступления в стационар

Данный показатель (удельный вес пациентов, повторно госпитализированных в течение года) характеризует напряженность ситуации с лечением наркологических зависимостей вне стационара. Чем ниже повторность, тем выше уровень удержания пациентов в амбулаторных программах лечения и реабилитации. В первую очередь показатель связан с долей наркопотребителей в структуре больных [117], хотя и среди больных алкоголизмом уровень повторности достаточно высок.

Общероссийский уровень повторности госпитализации наркологических больных медленно, но устойчиво растет: с 24,1% в 2015 году до 25,3% в 2019 году. Эта тенденция может отражать постепенное снижение эффективности амбулаторной помощи и доступности реабилитационных программ. В регионах за тот же период (2016–2019 годы) максимальное снижение уровня повторности наблюдалось в Республике Хакасия (-68,6%), Кабардино-Балкарской Республике (-57,9%), Севастополе (-47,7%), Республике Тыва (-44,7%) и Воронежской области (-46,5%). Особо неблагоприятная динамика отмечалась в Калининградской области (+137,6%), Чукотском АО (+112,5%), Удмуртской Республике (+100,0%), Тюменской области (+89,9%) и Пермском крае (+72,4%).

Наименьшие уровни повторности госпитализации наркологических больных (включая алкогольные психозы и пагубное употребление алкоголя и наркотиков) в 2019 году демонстрировали Республика Хакасия (8,0%), Чукотский АО (10,2%), Чувашская Республика (12,5%), Белгородская область (13,7%) и Хабаровский край (13,9%). Максимальные уровни повторности наблюдались в Республике Северная Осетия (58,8%), Калининградской области (58,2%), Чеченской Республике (45,9%), Магаданской области (45,1%) и Тюменской области (43,1%) [118].

Табл. 3. Группировка субъектов РФ по уровню повторности госпитализации (%) в течение года (2019 г.). Регионы отсортированы по алфавиту.

диагноз регионы с наибольшей повторностью, топ-5 регионы с наименьшей повторностью, топ-5
алкоголизм (диапазон значений от 47,6 до 65,8)
Калининградская область
Москва
Магаданская область
Республика Северная Осетия
Тюменская область (без а/о)
(диапазон значений от 8,2 до 13,8)
Новосибирская область
Республика Хакасия
Хабаровский край
Чукотский АО
Чувашская Республика
наркомания (диапазон значений от 41,2 до 66,7)
Ленинградская область
Москва
Республика Карелия
Чеченская Республика
Чукотский АО
(диапазон значений от 2,0 до 10,0)
Республика Адыгея (Адыгея)
Республика Дагестан
Республика Калмыкия
Республика Хакасия
Чувашская Республика

Отметим, что субъекты Федерации заметно различаются по повторности госпитализации с диагнозами «алкоголизм» и «наркомания». В топ-10 регионов (2019 год) по обоим показателям входят Республика Хакасия, Чувашская Республика и Свердловская область. В десятке худших регионов по обоим показателям — Москва, Чеченская Республика и Республика Карелия.

РЕГИОНАЛЬНАЯ СПЕЦИФИКА (РЕЙТИНГ РЕГИОНОВ)

На основе доступных данных был рассчитан рейтинг (от самого благополучного уровня, А до наименее благополучного — Е), позволяющий сравнивать ситуацию в регионах и дающий обобщенную оценку ситуации, связанной с алкоголизмом и наркоманией на региональном уровне.

Из рейтинга были исключены 4 региона: Республики Ингушетия и Чечня, а также Чукотский АО и Ненецкий АО. Первые два региона — по причине отсутствия или малой достоверности исходных данных, в первую очередь о заболеваемости наркологическими расстройствами. Чукотский АО и Ненецкий АО были исключены в связи с малыми абсолютными значениями практически по всем показателям (преступность, заболеваемость, смертность от отдельных причин).

Основу рейтинга, в котором участвовал 81 регион РФ, составили четыре ключевых показателя:

  1. Потребление алкоголя — отношение оценки среднедушевого потребления алкоголя (по методике Минздрава) к доле населения старше 15 лет;
  2. Доля преступлений в состоянии опьянения — отношение числа преступлений, совершенных лицами в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, к общему числу предварительно расследованных преступлений;
  3. Заболеваемость наркологическими расстройствами, связанными с наркотиками, — отношение числа больных с диагнозами «зависимость от наркотиков (наркомания)» и «пагубное употребление наркотиков» (общая и первичная заболеваемость) к численности населения в возрасте 15–39 лет;
  4. Смертность от случайных отравлений — отношение числа смертей от случайных отравлений алкоголем, наркотиками, прочих случайных отравлений (в том числе с неопределенными намерениями) к среднегодовой численности населения в возрасте 15–79 лет (стандартизовано по возрастной структуре населения РФ).

Индексы по показателям 2 и 3 строились на основе двух исходных показателей, чтобы минимизировать потери информации. Например, по показателю 2 строился не один индекс (на основе суммарной доли преступлений в состоянии алкогольного и наркотического опьянения), а два, из которых затем определялось среднее значение.

Подробнее см. раздел: Методология оценки масштаба проблемы в регионе.

Первенство. Наиболее благоприятная ситуация в 2019 году сложилась в пяти субъектах РФ: Республике Дагестан, Ставропольском крае, Кабардино-Балкарской Республике, Краснодарском крае и Республике Северная Осетия. Нужно отметить, что Дагестан лидирует с большим отрывом, занимая первое место по трем из четырех индикаторов (за исключением заболеваемости наркологическими расстройствами, связанными с наркотиками). Другие регионы-лидеры (особенно Кабардино-Балкария и Северная Осетия) также заметно отстают по показателю 3 относительно своих позиций по другим индикаторам. Это может быть признаком относительного неблагополучия некоторых северокавказских регионов по наркотикам на фоне очень низкой алкоголизации населения. Единственным регионом, в котором ситуация стабильно благоприятна по всем четырем факторам, является Краснодарский край.

Антилидерство. Наименее благоприятная ситуация, связанная с алкоголизмом и наркоманией, сложилась в Сахалинской, Амурской, Курганской областях, Удмуртской Республике, республиках Тыва и Коми. Все они, за исключением Удмуртии, характеризуются крайне высокой смертностью от случайных отравлений алкоголем и наркотиками, причем Тыва, будучи худшим субъектом РФ по этому фактору, по остальным индикаторам занимает гораздо лучшие позиции. Тяжелая ситуация с заболеваемостью наркологическими расстройствами, связанными с наркотиками, — в Амурской и особенно Сахалинской областях. Республика Коми по этому показателю была достаточно благополучна, но по потреблению алкоголя находилась на предпоследнем месте. Курганская область отличается сравнительно низкой долей преступлений в состоянии опьянения, однако по другим факторам относится к кризисной зоне.

Низкая выраженность проблемы (А)
  • Кабардино-Балкарская Республика
  • Краснодарский край
  • Республика Дагестан
  • Республика Северная Осетия
  • Ставропольский край
Проблема выражена ниже среднего (B)
  • Астраханская область
  • Белгородская область
  • Волгоградская область
  • Карачаево-Черкесская Республика
  • Москва
  • Оренбургская область
  • Орловская область
  • Республика Адыгея
  • Ростовская область
  • Санкт-Петербург
  • Севастополь
  • Тамбовская область
Средняя выраженность проблемы (C)
  • Алтайский край
  • Архангельская область (без а/о)
  • Брянская область
  • Владимирская область
  • Вологодская область
  • Воронежская область
  • Ивановская область
  • Иркутская область
  • Калининградская область
  • Калужская область
  • Камчатский край
  • Кировская область
  • Костромская область
  • Красноярский край
  • Курская область
  • Ленинградская область
  • Липецкая область
  • Московская область
  • Нижегородская область
  • Новгородская область
  • Новосибирская область
  • Омская область
  • Пензенская область
  • Пермский край
  • Приморский край
  • Псковская область
  • Республика Башкортостан
  • Республика Калмыкия
  • Республика Карелия
  • Республика Крым
  • Республика Мордовия
  • Республика Саха (Якутия)
  • Республика Татарстан
  • Рязанская область
  • Самарская область
  • Саратовская область
  • Свердловская область
  • Смоленская область
  • Тверская область
  • Тульская область
  • Хабаровский край
  • Ханты-Мансийский автономный округ
  • Чувашская Республика
  • Ямало-Ненецкий автономный округ
Проблема выражена выше среднего (D)
  • Еврейская автономная область
  • Забайкальский край
  • Кемеровская область
  • Магаданская область
  • Мурманская область
  • Республика Алтай
  • Республика Бурятия
  • Республика Марий Эл
  • Республика Хакасия
  • Томская область
  • Тюменская область (без а/о)
  • Ульяновская область
  • Челябинская область
  • Ярославская область
Высокая выраженность проблемы (E)
  • Амурская область
  • Курганская область
  • Республика Коми
  • Республика Тыва
  • Сахалинская область
  • Удмуртская Республика

ОГРАНИЧЕНИЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ РЕЙТИНГА

  1. Назначение рейтинга — демонстрация масштабов проблемы распространения алкоголизма и наркомании в каждом регионе. Данный рейтинг напрямую не позволяет оценить эффективность предпринимаемых действий по решению проблемы в каждом конкретном регионе, однако может быть использован как отправная точка для такого анализа.
  2. Для расчета рейтинга использовались официальные открытые данные федеральных и региональных ведомств, которые имеют собственные ограничения в силу как объективных, так и субъективных причин, к которым, в частности, относятся:
    • широкий спектр негативных последствий употребления. Многие индикаторы сильно коррелируют друг с другом, что затрудняет процедуру отбора рейтинговых показателей;
    • высокая естественная латентность алкоголизма и наркомании. Государство и общество стигматизируют потребителей алкоголя и особенно наркотиков, что ведет к серьезному недоучету распространенности проблемы. Ситуация усугубляется анозогнозией больных и высокой степенью криминализации наркопотребления;
    • проблемы регистрации, обусловленные недостаточной квалификацией персонала (врачей-наркологов, полицейских, судмедэкспертов) и/или плохим материальным обеспечением специализированных лабораторий (недостаток тест-систем, оборудования, реактивов и пр.);
    • намеренное искажение статистических данных, связанных с алкоголем и наркотиками.
  3. Место региона в рейтинге отражает позицию региона по сравнению с другими регионами в расчетном году. Иными словами, изменение места региона в рейтинге относительно: так, при улучшении ситуации в большинстве других регионов позиция конкретного региона с неизменными параметрами ухудшится.
  4. В процессе анализа наблюдались небольшие, но статистически значимые отрицательные корреляции между «алкогольным» и «наркотическим» показателем (например, потреблением алкоголя и удельным весом преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков). Это наводит на мысль, что алкоголь и наркотики могут в определенной степени конкурировать, выступая в роли своеобразного «товара-заменителя» по отношению друг к другу [119]. Если данная гипотеза верна, то одновременное включение в рейтинг «алкогольных» и «наркотических» индикаторов может затушевать различия между регионами [120].
  5. Из рейтинга исключены Республики Ингушетия и Чечня, а также Чукотский АО и Ненецкий АО. Первые два региона — по причине отсутствия или малой достоверности данных, в первую очередь о заболеваемости наркологическими расстройствами. Кроме того, экстремально низкие уровни потребления алкоголя в этих регионах (0,1–0,2 л/душу в год) заметно исказят пространство нормировки данного показателя, что может повлиять на рейтинг других регионов. Чукотский АО и Ненецкий АО были исключены в связи с малыми абсолютными значениями практически по всем показателям (преступность, заболеваемость, смертность от отдельных причин). В противном случае такие числа могут быть интерпретированы некорректно.

НАД МАТЕРИАЛОМ РАБОТАЛИ

Команда БФ «Нужна помощь»: Евгений Иноземцев, Елизавета Язневич

Благодарим экспертов за помощь на разных этапах работы и надеемся на продолжение обсуждения результатов:

Евгения Андреева, к.ф.-м.н., Центр демографических исследований РЭШ;

Алексея Лахова, директора по развитию БФ «Гуманитарное действие» (некоммерческая организация, выполняющая функцию иностранного агента);

Дмитрия Скугаревского, PhD, НИЦ «Институт проблем правоприменения»;

Михаила Толмачева, д.э.н., Финансовый университет при Правительстве РФ;

Екатерину Щербакову, к.э.н., НИУ «Высшая школа экономики».

Ваши комментарии и предложения по материалу присылайте на nuzhna@nuzhnapomosh.ru


  1. Подробнее см.: Сафронов С.А. «Пьяный вопрос» в России и «сухой закон» 1914–1925 годов. В 2 т. Т. 2.
  2. И. В. Сталин писал, что для финансирования индустриализации «нужно отбросить ложный стыд и прямо, открыто пойти на максимальное увеличение производства водки». См.: Сталин И. В. Письмо В. Молотову 1 сентября 1930 года // Сочинения. Т. 17. Тверь: Северная корона, 2004. С. 352–353.
  3. Подробнее см.: Немцов А. В. Алкогольная история России: новейший период. М., Книжный дом «ЛИБРОКОМ»; 2009.
  4. URL: https://ria.ru/20201215/alkogol-1589241174.html
  5. Thavorncharoensap M. et al. The Economic Impact of Alcohol Consumption: A Systematic Review // Substance Abuse Treatment Prevention and Policy. 2009. 4(1). URL: https://www.researchgate.net/publication/40032460_The_Economic_Impact_of_Alcohol_Consumption_A_Systematic_Review
  6. URL: https://www.katrenstyle.ru/spotlight/alkogolizm_ekonomicheskoe_bremya_dlya_stranyi
  7. Кошкина Е.А. и др. Медико-социальные и экономические последствия злоупотребления алкоголем в Российской Федерации URL: http://vestnik.mednet.ru/content/view/189/30/lang,ru/
  8. URL: https://tass.ru/info/2045621
  9. За период пребывания советских войск в Афганистане (1979–1989), по данным ООН, производство опиума в стране возросло с 200 до 1200 тонн (см.: Кулагин А. И. Афганский наркотрафик — угрозы для России и Европы URL: https://cyberleninka.ru/article/n/afgansky-narkotrafik-ugrozy-dlya-rossii-i-evropy)
  10. URL: https://batenka.ru/resource/booze/1-heroin-afghan/
  11. URL: https://drugmap.ru/wp-content/uploads/2020/08/Doklad-GAK-2019-KMM.pdf
  12. URL: https://narcorehab.com/articles/statistika-narkomanii-v-rossii-2020–2021
  13. World drug report 2019. Executive summary. P. 7. URL: https://wdr.unodc.org/wdr2019/prelaunch/WDR19_Booklet_1_EXECUTIVE_SUMMARY.pdf
  14. URL: https://drugmap.ru/wp-content/uploads/2020/08/Doklad-GAK-2019-KMM.pdf
  15. См.: Михайлов А.Ю. и др. Безвозвратные потери населения России вследствие потребления наркотиков в 2000—2011 гг. // Социальные аспекты здоровья населения. 2014. № 4 (38). С. 17.
  16. Опасность крепких напитков состоит в том, что высокое содержание этанола в относительно малых объемах резко повышает риск единовременного приема опасно больших (вплоть до смертельных) доз алкоголя.
  17. Подробнее см., напр.: Разводовский Ю. А. Алкогольная политика в европейской перспективе // Журнал Гродненского государственного медицинского университета. 2005. № 1 (9). С. 21–24.
  18. См., напр.: Кирсанов Р. Г. Антиалкогольная кампания периода перестройки: «новое мышление» и старые методы // Вестник Российской нации. 2015. № 6 (44). С. 102–110.
  19. Порядок пересчета алкогольных напитков в этиловый эквивалент утвержден Приказом Министерства здравоохранения от 30 июля 2019 года N 575 «Об утверждении методики оценки среднедушевого потребления алкоголя в Российской Федерации» URL: https://docs.cntd.ru/document/560925948. Подробнее см. раздел: Методология оценки масштаба проблемы в регионе.
  20. Расчет «Если быть точным» на основе данных Росалкогольрегулирования.
  21. 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» URL: https://legalacts.ru/doc/171_FZ-o-gosudarstvennom-regulirovanii-proizvodstva-i-oborota-jetilovogo-spirta_-alkogolnoj-i-spirtosoderzhawej-produkcii/
  22. Расчет «Если быть точным» на основе данных Росалкогольрегулирования. Подробнее о динамике структуры потребления алкоголя в России см., напр.: Радаев В.В., Котельникова З. В. Изменение структуры потребления алкоголя в контексте государственной алкогольной политики в России // Экономическая политика. 2016. Т. 11. № 5. С. 92–117. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/izmenenie-struktury-potrebleniya-alkogolya-v-kontekste-gosudarstvennoy-alkogolnoy-politiki-v-rossii/viewer
  23. Global status report on alcohol and health 2018 URL: https://www.who.int/publications/i/item/9789241565639
  24. URL: https://docs.cntd.ru/document/560925948
  25. Соответствует 3,5 л/год на взрослого старше 15 лет.
  26. Методика Минздрава основана на уравнении, включающем такие факторы, как смертность от случайных отравлений алкоголем, заболеваемость алкогольными психозами и разность между ожидаемой продолжительностью жизни женщин и мужчин. Подробнее см. раздел: Методология оценки масштаба проблемы в регионе.
  27. Здесь и далее для нормирования показателей, связанных с употреблением алкоголя и наркотиков, используется население в возрасте 15 лет и старше. Это обусловлено и традицией статистического учета, и простым соображением о том, что алкоголизм и наркомания являются заболеваниями взрослых, а не детей. В ряде случаев для еще большей точности ограничивается и верхняя граница возрастной шкалы: 39 лет — для употребления наркотиков, 79 лет — для употребления алкоголя.
  28. URL: https://iz.ru/1021583/ekaterina-vinogradova/pit-iz-pod-poly-proverki-vyiavili-87-nelegalnogo-alkogolia-v-magazinakh
  29. Расчет «Если быть точным», источник — данные Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка URL: http://fsrar.gov.ru/statisticheskaja_informacija
  30. URL: https://fom.ru/Zdorove-i-sport/11685
  31. Согласно опросу ВЦИОМ URL: https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/narkomaniya-v-rossii-monitoring
  32. Согласно определению ВОЗ, см.: URL: https://www.who.int/ru/news-room/fact-sheets/detail/alcohol
  33. URL: https://pandemic-research.github.io/coronavirus/
  34. Подробнее см., напр.: Сейтакова Б.М. «Аптечная» наркомания: причины и меры противодействия // Научный компонент. 2020. № 3 (7). С. 16–23.
  35. Например, URL: https://naked-science.ru/article/medicine/uchenye-sostavili-kartu-upotrebleniya-narkotikov-po-vsemu-miru-na-osnove-issledovaniya-stochnyh-vod
  36. Михайлова Л. В. Использование морского транспорта и инфраструктуры международных портов в наркотрафике // Вестник СурГУ. 2019. Вып. 3 (25). С. 71–76.
  37. Митрофаненкова О. Е. Маршруты афганского наркотрафика (конец XX в. — начало XXI в.) // Восточная аналитика. 2020. № 3. С. 190–201.
  38. URL: http://atlasjustice.com/drugmap/district.html
  39. Подробнее см., напр.: Асадуллин А. Р. и др. Подход к классификации «дизайнерских» наркотических средств и новых потенциально опасных химических веществ // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. 2016. № 4(93) С. 51–59.
  40. Подробнее см., напр.: Гаврюшенко Р. В. Особенности распространения наркотиков синтетического происхождения // Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями. 2014. № 14–1. С. 28–31.
  41. «Сведения об административных правонарушениях, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров или аналогов (либо их частей), содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры, новых потенциально опасных психоактивных веществ». URL: https://www.fedstat.ru/indicator/58162
  42. Приблизительность расчета связана с тем, что сумма потребителей по видам наркотиков превышает (в 2017—2020 гг. — на 19–22%) общее число административных правонарушителей, что может объясняться полинаркоманией. Удельный вес в данном случае рассчитывался, исходя из суммы потребителей.
  43. Afghanistan Opium Survey 2020: Cultivation and Production URL: https://www.unodc.org/documents/crop-monitoring/Afghanistan/20210503_Executive_summary_Opium_Survey_2020_SMALL.pdf
  44. Аналитический обзор «Деятельность наркологической службы Российской Федерации в 2017–2018 годах» С. 44–45 URL: http://nncn.serbsky.ru/wp-content/uploads/2019/12/Анал_обзор_17-18_публ.pdf
  45. Антонян Ю.М. и др. Комплексный анализ состояния преступности в Российской Федерации и расчетные варианты ее развития. Аналитический обзор. М., 2018. С. 51–52. URL: https://мвд.рф/upload/site163/document_text/Kompleksnyy_analiz__original-maket_24_04.pdf
  46. См., напр.: Головко А.И. и др. О биологической активности дизайнерских наркотиков из группы синтетических опиоидов // Успехи современной биологии. 2020. Т. 140. № 5. С. 464–477.
  47. Корчагин О.Н. и др. Синтетические наркотики в России как реальная угроза национальной безопасности // Актуальные проблемы экономики и права. 2015. № 1. С. 245–253.
  48. COVID-19 и цепочка незаконных поставок наркотиков: от производства и транспортировки до потребления / Исследовательский обзор UNODC. URL: https://www.unodc.org/documents/data-and-analysis/covid/COVID-19_and_drug_supply_chain_ru.pdf
  49. Zaridze D., Brennan P., Boreham J. et al. Alcohol and Cause-Specific Mortality in Russia: A Retrospective Case-Control Study of 48,557 adults deaths // Lancet. 2009. Vol. 373 (9682). Pp/ 2201–2214.
  50. Андреев Е. М. Правильно ли считают умерших от случайных отравлений алкоголем? // Демоскоп Weekly. 2016. № 673–674. URL: http://demoscope.ru/weekly/2016/0673/tema01/php
  51. Утверждено постановлением Правительства РФ от 20 июня 2011 г. № 485 URL: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/12087125/ В настоящее время действует «Стратегия государственной антинаркотической политики Российской Федерации на период до 2030 года» (утверждена Указом Президента РФ от 23.11.2020 № 733), содержащая аналогичный список целевых индикаторов URL: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001202011230073
  52. Расчеты «Если быть точным» на основе данных Центра демографических исследований РЭШ. Дополнительно по этому вопросу см.: Семенова В.Г. и др. Потери трудоспособного населения Москвы, обусловленные наркотиками: официальные уровни и реальные масштабы // Здоровье мегаполиса. 2020. Т. 1. № 2. С. 38–52.
  53. Разводовский Ю. Е. Потребление алкоголя и суициды в Беларуси и России: сравнительный анализ трендов // Суицидология. 2014. Т. 5. № 4 (17). С. 37–43.
  54. Расчет «Если быть точным» на основе данных ЕМИСС URL: https://www.fedstat.ru/indicator/31271
  55. Global status report on alcohol and health 2018. P. 3. URL: https://www.who.int/publications/i/item/9789241565639
  56. Alcohol use and burden for 195 countries and territories, 1990–2016: a systematic analysis for the Global Burden of Disease Study 2016 URL: https://www.thelancet.com/journals/lancet/article/PIIS0140-6736(18)31310–2/fulltext
  57. Это означает, что не все случаи данных болезней обусловлены употреблением алкоголя или наркотиков, однако имеется доказанная связь между употреблением и риском развития заболевания.
  58. Hepatitis C among drug users in Europe: Epidemiology, treatment and prevention URL: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC6282910
  59. Hepatitis C Treatment in Patients with Drug Addiction Is Effective or Not Effective? URL: https://www.emcdda.europa.eu/system/files/publications/2953/TDXD16002ENN_final_web.pdf
  60. Подробнее см., напр.: Семенова В.Г., Сабгайда Т.П., Михайлов А.Ю., и др. Смертность населения России от причин алкогольной этиологии в 2000-е годы // Социальные аспекты здоровья населения. 2018. № 1. URL: http://vestnik.mednet.ru/content/view/397
  61. Подробнее см., напр.: Баранова О. В. Алкогольная анозогнозия и ее преодоление в процессе лечения больных алкоголизмом. Дисс. на соискание ученой степени канд. мед. наук. М., 2005. URL: http://www.dslib.net/narkologia/alkogolnaja-anozognozija-i-ee-preodolenie-v-processe-lechenija-bolnyh-alkogolizmom.html
  62. Аналитический обзор «Деятельность наркологической службы Российской Федерации в 2018–2019 годах», «Общая заболеваемость наркологическими расстройствами, связанными с употреблением наркотиков».
  63. Расчет «Если быть точным», средние значения за 2017–2020 годы.
  64. М. Шклярук, Д. Скугаревский. Криминальная статистика: механизмы формирования, причины искажения, пути реформирования С. 42. URL: https://enforce.spb.ru/images/Products/Crimestat_report_2015_IRL_KGI_web.pdf
  65. Пантюхина Г. А. Наркомания в России в конце ХХ-начале ХХI в.: причины возникновения и распространения // Историческая и социально-образовательная мысль. 2017. Т. 9. № 4–2. С. 67.
  66. Как известно, наличие значимой корреляции между показателями не обязательно свидетельствует о взаимосвязи между ними. В данном случае можно лишь предположить, что это признак того, что оба показателя (медицинский и криминальный) независимо друг от друга коррелируют с реальной обстановкой.
  67. Одобрена распоряжением Правительства Российской Федерации от 30 декабря 2009 года N 2128-р URL: http://docs.cntd.ru/document/902193424
  68. Постановление Правительства РФ от 15 апреля 2014 г. № 299 «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Противодействие незаконному обороту наркотиков» URL: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/70544066 утратило силу с 15 апреля 2017 года на основании постановления Правительства Российской Федерации от 31 марта 2017 года N 385.
  69. Утверждена председателем Государственного антинаркотического комитета 21.03.2018 № 8/6–3114. См. URL: https://media.mvd.ru/files/embed/1281086
  70. «Доклады о наркоситуации в Российской Федерации» за 2017–2019 годы.
  71. https://static.tochno.st/files/static/tochno.st_alkogolizm_i_narkomaniya_Zaprosy-i-otvety.pdf
  72. URL: https://гак.мвд.рф/антинаркотические-комиссии-в-субъектах-р/информационые-ресурсы-антинаркотических-
  73. По состоянию на июнь 2021 года в свободном доступе отсутствовали доклады за 2017–2019 годы антинаркотических комиссий Курской, Московской, Саратовской, Тверской областей, республик: Бурятия, Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия, Татарстан, Чечня, Чувашия, а также Чукотского автономного округа. Еще по 20 субъектам Федерации имелись доклады за отдельные годы.
  74. Некоторые регионы (например, Иркутская, Ленинградская и Мурманская области, Красноярский и Ставропольский края) не включают в свои доклады данные о финансировании антинаркотических программ.
  75. См., напр., с. 14–15 доклада антинаркотической комиссии г. Москвы за 2019 год URL: https://77.мвд.рф/upload/site211/document_news/020/474/399/Monitor_2019_DRB_isp.pdf. Подобные обобщения встречаются и в ведомственной отчетности: так, форма 03а-АНК Курской области за 2017 г. содержит данные о финансировании программы «Профилактика правонарушений в Курской области за 2017–2020 годы» без выделения соответствующей антинаркотической подпрограммы.
  76. Например, финансирование подпрограммы Омской области «Обеспечение общественной безопасности, профилактика наркомании, противодействие экстремизму и терроризму» за 2018 год в докладе 2018 года (с. 45) оценивалось в 2424,84 тыс. руб., а в докладе 2019 года (с. 49) — в 1902,46 тыс. руб. Финансирование антинаркотических мероприятий в муниципальных образованиях Ивановской области за 2017 год в докладе 2017 года (с. 67) оценивалось в 4104,49 тыс. руб., а в докладе 2018 года (с. 71) — уже в 2389,43 тыс. руб., причем последнее число фигурирует в докладе 2017 года как финансирование за 2016 год.
  77. В некоторых докладах эта статья именуется «Обеспечение правоохранительной деятельности по борьбе с незаконным оборотом наркотиков»; возможны и другие варианты названия.
  78. Например, в 2018 г. в Республике Карелия вторая статья была профинансирована на 14,8%, а третья — на 4,9% от бюджетных назначений (с. 59 доклада).
  79. Так, бюджетом Смоленской области в 2017–2018 годах на эти цели выделялось по 528,2 тыс. руб., но кассовые расходы были равны нулю. В 2019 году на комплексную реабилитацию и ресоциализацию наркопотребителей Кабардино-Балкарской Республики выделено 300 тыс. руб., но конкурс был признан несостоявшимся ввиду отсутствия заявок (ответ на запрос «Если быть точным» № 402 от 08.06.21 https://static.tochno.st/files/static/tochno.st_alkogolizm_i_narkomaniya_Zaprosy-i-otvety.pdf).
  80. «Доклады о наркоситуации в Российской Федерации» за 2017–2019 годы.
  81. Постановление Правительства Калужской области от 30.07.2019 N 478 URL: https://docs.cntd.ru/document/561441586
  82. Расчет проводился по 47 регионам, для которых имеются данные за все указанные годы.
  83. Ввиду отсутствия данных по всем регионам этот список может быть неполон.
  84. Ответ на запрос «Если быть точным» № 412 от 08.06.2021. https://static.tochno.st/files/static/tochno.st_alkogolizm_i_narkomaniya_Zaprosy-i-otvety.pdf
  85. «Доклады о наркоситуации в Российской Федерации» за 2017–2019 годы. В 2017 году также не финансировались антинаркотические программы в Республике Крым и Севастополе.
  86. Смышляев А.В. и др. Организационные аспекты профилактики злоупотребления алкоголем // Современные проблемы здравоохранения и медицинской статистики. 2017. № 3. С. 52–61. С. 53–54.
  87. См., напр.: Разводовский Ю. Е. Ценовая эластичность спроса на алкоголь и уровень его продажи // Наркология. 2012. Т. 11. № 5 (125). С. 72–78; Колосницына М.Г. и др. Ограничения торговли и потребления алкоголя: о результативности государственной политики // Проблемы прогнозирования. 2017. № 5 (164). С. 116–128.
  88. Порядок расчета показателя см. в разделе: Методология оценки масштаба проблемы в регионе.
  89. Медианная зарплата — сумма, больше (и меньше) которой получают ровно 50% работников.
  90. Пункт 9 статьи 16 Федерального закона от 22.11.1995 г. N 171-ФЗ.
  91. Порядок расчета показателя см. в разделе: Методология оценки масштаба проблемы в регионе.
  92. Аналитический обзор «Деятельность наркологической службы Российской Федерации в 2018–2019 годах», с. 5–6 URL: https://webmed.irkutsk.ru/doc/pdf/1405975657.pdf
  93. Проверить эту информацию не удалось, так как соответствующий запрос в министерство здравоохранения Республики Ингушетия остался без ответа.
  94. Например, РЦ в ст. Темнолесской Ставропольского края, РО в с. Вторые Тербуны Липецкой области, РО в п. Дубовка Амурской области и др.
  95. Согласно данным ННЦ наркологии Минздрава России. По данным Департамента здравоохранения г. Севастополя, в городе в 2018—2019 гг. функционировало одно амбулаторное отделение медицинской реабилитации (ответ на запрос «Если быть точным» № 372 от 24.05.21 https://static.tochno.st/files/static/tochno.st_alkogolizm_i_narkomaniya_Zaprosy-i-otvety.pdf).
  96. Так, в Республике Калмыкия имеется 3 реабилитационных койки, а в Брянской области — 10 (ответы на запросы «Если быть точным» № № 368 и 370 от 24.05.21 https://static.tochno.st/files/static/tochno.st_alkogolizm_i_narkomaniya_Zaprosy-i-otvety.pdf).
  97. Постановление Правительства Москвы от 4 апреля 2014 года N 161-ПП. URL: https://docs.cntd.ru/document/537952742
  98. URL: https://vademec.ru/news/2015/10/07/rossiyskie_narkomany_smogut_besplatno_proyti_kurs_reabilitatsii/
  99. Реализация подразумевает полное прохождение программы реабилитации, предусмотренной сертификатом. Обычная продолжительность программы составляет 100–180 дней.
  100. Согласно «Докладу о наркоситуации в Российской Федерации в 2018 году» (с. 43), 66% выданных сертификатов (549 из 835) приходилось всего на 7 регионов (Липецкая, Ростовская, Свердловская и Томская области, Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий АО, Республика Бурятия).
  101. См. «Доклады о наркоситуации в Псковской области» за 2017—2019 гг.
  102. URL: http://ulgrad.ru/?p=148653
  103. См. «Доклад о наркоситуации в Свердловской области за 2019 год», с. 26.
  104. Аналитический обзор «Деятельность наркологической службы Российской Федерации в 2018–2019 годах», «Кадры психиатров-наркологов (физических лиц)».
  105. Аналитический обзор «Деятельность наркологической службы Российской Федерации в 2018–2019 годах», «Число занятых должностей психиатров-наркологов».
  106. Руководство по аддиктологии / Под ред. проф. В. Д. Менделевича. СПб.: Речь, 2007. С. 151.
  107. В качестве аналогии можно привести такой показатель, как число разводов на 100 браков: большинство разводов происходит не в год заключения брака, поэтому сопоставление числа разводов и браков за один и тот же год, вообще говоря, некорректно.
  108. Аналитический обзор «Деятельность наркологической службы Российской Федерации в 2018–2019 годах», «Ремиссии у больных с синдромом зависимости (суммарно алкоголизм, наркомания, токсикомания)».
  109. С 2015 года это возможно только при наличии «письменного заявления пациента об изменении места жительства в целях прекращения диспансерного наблюдения в медицинской организации» (приложение 2 к приказу Минздрава России от 30.12.2015 г. № 1034н).
  110. Приложение 2 к приказу Минздрава России от 30.12.2015 г. № 1034н URL: https://docs.cntd.ru/document/420332597
  111. Приказ Минздрава СССР от 12.09.1988 г. № 704 URL: https://docs.cntd.ru/document/902294117
  112. Аналитический обзор «Деятельность наркологической службы Российской Федерации в 2018–2019 годах», «Показатели снятия с диспансерного наблюдения пациентов с синдромом зависимости (суммарно алкоголизм, наркомания, токсикомания) в связи с выздоровлением (длительным воздержанием)»
  113. Аналитический обзор «Деятельность наркологической службы Российской Федерации в 2018–2019 годах», с. 14–16. URL: https://webmed.irkutsk.ru/doc/pdf/1405975657.pdf
  114. URL: https://www.fedstat.ru/indicator/41664
  115. Подробнее о расчете показателя см. в разделе: Методология оценки масштаба проблемы в регионе.
  116. Аналитический обзор «Деятельность наркологической службы Российской Федерации в 2018–2019 годах», «Показатели госпитализации пациентов с наркологическими расстройствами (все заболевания)».
  117. Булыгина И.Е. и др. Опыт организации системы реабилитации больных с зависимостью от психоактивных веществ в Республике Чувашия // Вопросы наркологии. 2001. № 6. С. 51.
  118. Аналитический обзор «Деятельность наркологической службы Российской Федерации в 2018–2019 годах», «Показатель повторности поступления в стационар пациентов с наркологическими расстройствами».
  119. Это, в частности, касается некоторых северокавказских регионов, где жестко ограничивается доступность алкоголя.
  120. Например, один регион находится на 5-м месте по наркотикам и на 70-м месте по алкоголю, а другой — на 70-м и 5-м месте соответственно, но в «общем» рейтинге они расположатся недалеко друг от друга.
Материал был полезен?
Проект создан и поддерживается командой аналитиков и программистов благотворительного фонда «Нужна помощь». Фонд существует за счет пожертвований. Пожалуйста, поддержите нашу работу.
Поддержать проект
Мы всегда рады вашим письмам
Присылайте ваши вопросы, отклики и предложения на почту nuzhna@tochno.st.
Проекту предстоит долгий путь доработки и развития, и мы хотим сделать его максимально полезным для вас.
Доступ к API проекта «Если быть точным».
Оформление подписки
Мы будем присылать вам письмо с новостями проекта один раз в месяц.
Чтобы подписаться на обновление отдельной проблемы, пройдите по ссылке в первом письме.
Вы успешно подписались на рассылку!
Что-то пошло не так. Попробуйте повторить отправку
Обработка персональных данных
УТВЕРЖДЕНО
Директором
Благотворительного фонда
помощи социально-незащищенным гражданам
«Нужна помощь»
(Приказ №1 от 01.01.2021 г.)

Политика

Благотворительного фонда помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь» в отношении обработки персональных данных и сведения о реализуемых требованиях к защите персональных данных

  1. Общие положения

    1. Настоящая Политика (далее — «Политика») разработана Благотворительным фондом помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь», юридический адрес: 119270, г. Москва, Лужнецкая набережная, д. 2/4, стр. 16, помещение 405 (далее — «Фонд») с целью детального описания подхода Фонда к обработке персональных данных пользователей сайта, сервисов, проектов Фонда, которые он собирает, хранит и обрабатывает, а также обеспечению безопасности персональных данных.
    2. Обрабатывая персональные данные Фонд выступает в качестве оператора персональных данных (в соответствии с определением ниже) и руководствуется требованиями законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации в области защиты информации и персональных данных, в частности, Федерального закона от 27 июля 2007 года № 152-ФЗ «О персональных данных», Постановления Правительства РФ от 1 ноября 2012 года № 1119 «Об утверждении требований к защите персональных данных при их обработке в информационных системах персональных данных» и иными.
    3. При совершении действий по получению информации о Фонде на сайте Фонда, его деятельности, истории и управлении, а также о проектах, событиях предоставление Персональных данных не требуется, а также Фонд не совершает обработку Персональных данных, за исключением сведений, собираемых автоматически (сбор и обработка обезличенных данных о посетителях сайта (в т.ч. файлов «cookie») с помощью сервисов Интернет-статистики (Яндекс Метрика и Гугл Аналитика и других).
    4. Некоторые из функций Сайта (сервисов) Фонда возможно использовать, только если Фонд будет обрабатывать Персональные данные Субъекта персональных данных. В любом случае Фонд будет обрабатывать Персональные данные, которые предоставляет Субъект персональных данных или уполномоченное Субъектом персональных данных лицо, за исключением сведений, собираемых автоматически.
    5. В Политике используются следующие термины:
      1. автоматизированная обработка персональных данных — обработка персональных данных с помощью средств вычислительной техники;
      2. база персональных данных — упорядоченный массив персональных данных, независимый от вида материального носителя информации и используемых средств его обработки (архивы, картотеки, электронные базы данных);
      3. биометрические персональные данные — сведения, которые характеризуют физиологические и биологические особенности человека, на основании которых можно установить его личность и которые используются для установления личности субъекта персональных данных;
      4. благотворительная помощь — безвозмездное передача Фондом денежных средств НКО, в соответствии с критериями Благотворительной программы «Нужна помощь.ру»;
      5. блокирование персональных данных — временное прекращение обработки персональных данных (за исключением случаев, если обработка необходима для уточнения персональных данных);
      6. персональные данные, разрешенные субъектом персональных данных для распространения — персональные данные, доступ неограниченного круга лиц к которым предоставлен субъектом персональных данных путем дачи согласия на обработку персональных данных, разрешенных субъектом персональных данных для распространения в порядке, предусмотренном законодательством;
      7. дата-центр — специализированная организация, предоставляющая услуги по размещению серверного и сетевого оборудования, сдаче серверов (в том числе виртуальных) в аренду, а также по подключению к сети Интернет;
      8. доступ к персональным данным — ознакомление определенных лиц (в том числе работников) с персональными данными субъектов, обрабатываемыми Фондом, при условии сохранения конфиденциальности этих сведений;
      9. информационная система персональных данных — совокупность содержащихся в базах данных персональных данных и обеспечивающих их обработку информационных технологий и технических средств;
      10. контрагент — сторона договора с Фондом, не являющаяся работником Фонда;
      11. конфиденциальность персональных данных — обязанность лиц, получивших доступ к персональным данным, не раскрывать их третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено законодательством;
      12. сайт (сервисы) Фонда — сайты Фонда в сети Интернет https://www.nuzhnapomosh.ru/, https://takiedela.ru/, https://tochno.st/, https://sluchaem.ru/, https://edu.nuzhnapomosh.ru/, https://shop.takiedela.ru/publishing, проекты Фонда;
      13. обезличивание персональных данных — действия, в результате которых становится невозможным без использования дополнительной информации определить принадлежность персональных данных конкретному субъекту персональных данных;
      14. обработка персональных данных — любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных;
      15. распространение персональных данных — действия, направленные на раскрытие персональных данных неопределенному кругу лиц;
      16. оператор — государственный орган, муниципальный орган, юридическое или физическое лицо, самостоятельно или совместно с другими лицами организующее и (или) осуществляющее обработку персональных данных, а также определяющее цели обработки персональных данных, состав персональных данных, подлежащих обработке, действия (операции), совершаемые с персональными данными;
      17. персональные данные — любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных);
      18. предоставление персональных данных — действия, направленные на раскрытие персональных данных определенному лицу или определенному кругу лиц;
      19. специальные категории персональных данных — сведения, касающиеся расовой, национальной принадлежности, политических взглядов, религиозных или философских убеждений, состояния здоровья;
      20. Субъект персональных данных — физическое лицо, пользователь сайта, сервисов, проектов Фонда, к которому относятся персональные данные;
      21. трансграничная передача персональных данных — передача персональных данных на территорию иностранного государства органу власти иностранного государства, иностранному физическому лицу или иностранному юридическому лицу;
      22. уничтожение персональных данных — действия, в результате которых становится невозможным восстановить содержание персональных данных в информационной системе персональных данных и (или) в результате которых уничтожаются материальные носители персональных данных.
  2. Принципы и цели обработки персональных данных

    1. Обработка персональных данных Фондом осуществляется в соответствии со следующими принципами:
    2. Законность и справедливая основа обработки персональных данных. Фонд принимает все необходимые меры по выполнению требований законодательства, не обрабатывает персональные данные в случаях, когда это не допускается законодательством и не требуется для достижения определенных Фондом целей, не использует персональные данные во вред субъектам таких данных.
    3. Ограничение обработки персональных данных достижением конкретных, заранее определенных и законных целей. Целями обработки персональных данных являются:
      1. осуществления Фондом деятельности, предусмотренной Уставом;
      2. при совершении пожертвования на сайте Фонда — реализация уставных целей Фонда, в том числе путем осуществления благотворительной деятельности; получение Фондом пожертвований в денежной и натуральной форме, в том числе заключение и исполнение договоров пожертвования; выполнение требований федерального законодательства по раскрытию информации о деятельности благотворительной организации, размещение информации о деятельности Фонда в общедоступных источниках, в том числе на Сайте;
      3. в случаях использования сервисов Фонда — предоставление информации о функциях того или иного сервиса, направление уведомлений, материалов, предложений, связь с Субъектом персональных данных;
      4. при совершении покупок (товаров/услуг) — своевременное оформление заказа, доставка заказа, консультации по заказу;
      5. в случаях создания в личном кабинете — обеспечения участия в программах проектах, конкурсах Фонда, в том числе для подачи заявки, проведения экспертной оценки заявки и принятия решений, проведения исследований, оказания помощи в участии в мероприятиях; создание мероприятий; осуществления законных интересов Фонда, в том числе для проверки контрагента (в т. ч. по международным и национальным перечням террористов), проведения оценки благотворительных программ, информирования общественности о деятельности Фонда и проведения мероприятий внутреннего контроля, составления отчетности, осуществления уставной деятельности Фонда; исполнения возложенных на Фонд законом обязанностей, например, в случае предоставления информации уполномоченным государственным органам;
      6. для проведения статистических и иных исследований на основе обезличенных персональных данных.
    4. Обработка только тех персональных данных, которые отвечают заранее объявленным целям их обработки; соответствие содержания и объёма обрабатываемых персональных данных заявленным целям обработки; недопущение обработки персональных данных, не совместимой с целями сбора персональных данных, а также избыточных по отношению к заявленным целям обработки персональных данных. Фонд не собирает и не обрабатывает персональные данные, не требующиеся для достижения целей, указанных в пункте 2.3. Политики, не использует Персональные данные субъектов в каких-либо целях, кроме указанных.
    5. Недопущение объединения баз данных, содержащих персональные данные, обработка которых осуществляется в целях, не совместимых между собой.
    6. Обеспечение точности, достаточности и актуальности персональных данных по отношению к целям обработки персональных данных. Фонд принимает все разумные меры по поддержке актуальности обрабатываемых персональных данных, включая (без ограничения) реализацию права каждого субъекта получать для ознакомления свои персональные данные и требовать от Фонда их уточнения, блокирования или уничтожения в случае, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными или не являются необходимыми для заявленных выше целей обработки без объяснения причин такого требования.
    7. Хранение персональных данных в форме, позволяющей определить Субъекта персональных данных, не дольше, чем этого требуют цели обработки персональных данных, если срок хранения персональных данных не установлен законодательством, договором, стороной которого является субъект персональных данных, а также согласием субъекта персональных данных на обработку данных.
    8. Уничтожение или обезличивание персональных данных по достижении заявленных целей их обработки или в случае утраты необходимости в достижении этих целей, при невозможности устранения Фондом допущенных нарушений установленного законодательством порядка обработки персональных данных, отзыве согласия на обработку субъектом персональных данных, истечении срока обработки персональных данных, установленных согласием на обработку персональных данных, если иное не предусмотрено законодательством или договорами с субъектами персональных данных.
    9. Для целей указанных в п. 2.3. Политики Фонд осуществляет обработку следующих данных:
      Вид данных Цели обработки
      имя, фамилия, отчество, e-mail, телефон, данные банковской карты, IP (местонахождение), пол, адрес, возраст совершение пожертвований на сайте (сервисах) Фонда
      имя, фамилия, отчество, e-mail, номер телефона, адрес, данные банковских карт, ссылки на социальные сети, фотография, пол, возраст (дата рождения) создание Личного кабинета на Сайте (сервисах) Фонда
      имя, фамилия, отчество, e-mail, номер телефона, должность, место работы, фотография, данные банковских карт, IP (местонахождение), пол, адрес, возраст участие в проектах Фонда
      имя, фамилия, отчество, e-mail, номер телефона, адрес доставки (город, улица, номер дома, квартиры), данные банковских карт, IP (местонахождение), пол, адрес, возраст совершение покупок (товаров и/или услуг)
  3. Условия обработки персональных данных

    1. Обработка Персональных данных Фондом допускается в следующих случаях:
      1. При наличии согласия Субъекта на обработку его Персональных данных. Согласие дается путем активации чекбокса «Согласен с условиями политики конфиденциальности».
      2. При передаче Персональных данных Субъекта персональных данных на Сайте. При передаче данных Субъекта персональных данных третьим лицом, третье лицо гарантирует, что предварительно получило от Субъекта персональных данных согласие на передачу данных Фонду.
      3. Персональные данные подлежат опубликованию или обязательному раскрытию в соответствии с законодательством РФ; Обработка персональных данных необходима для осуществления и выполнения возложенных законодательством на Фонд функций, полномочий и обязанностей.
      4. Для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных и исполнения договора, стороной которого является субъект персональных данных.
      5. Обработка персональных данных Фондом необходима для осуществления прав и законных интересов Фонда и/или третьих лиц, либо для достижения общественно значимых целей при условии, что при этом не нарушаются права и свободы субъектов персональных данных.
    2. Фонд не раскрывает третьим лицам и не распространяет Персональные данные без согласия Субъекта, если иное не предусмотрено законодательством РФ.
    3. Фонд не обрабатывает Специальные категории персональных данных, Биометрические персональные данные.
    4. Фонд не осуществляет Трансграничную передачу Персональных данных Субъектов. Трансграничная передача Персональных данных на территории иностранных государств, может осуществляться только в случае наличия согласия в письменной форме Субъекта персональных данных на Трансграничную передачу его Персональных данных и/или исполнения договора, стороной которого является Субъект персональных данных.
      Фонд до начала осуществления трансграничной передачи Персональных данных обязан убедиться в том, что иностранным государством, на территорию которого предполагается осуществлять передачу Персональных данных, обеспечивается надежная защита прав субъектов Персональных данных.
  4. Способы обработки персональных данных

    1. Фонд осуществляет обработку персональных данных с использованием средств автоматизации, а также без использования таких средств.
      Политика распространяется в полном объеме на обработку персональных данных с использованием средств автоматизации, а при обработке персональных данных без использования средств автоматизации — только на те случаи, когда такая обработка соответствует характеру действий (операций), совершаемых с персональными данными с использованием средств автоматизации, то есть позволяет осуществлять в соответствии с заданным алгоритмом поиск персональных данных, зафиксированных на материальном носителе и содержащихся в картотеках или иных систематизированных собраниях персональных данных, и (или) доступ к таким персональным данным.
    2. При обработке персональных данных Фонд совершает следующие действия (операции) с персональными данными: сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.
    3. Кроме того, при наличии соответствующего согласия, Фонд размещает персональные данные благотворителей на Сайте (сервисах) Фонда, в результате чего они становятся доступными неограниченному кругу лиц. Фонд осуществляет распространение исключительно при наличии согласия субъекта персональных данных, которое может быть отозвано у Фонда в любой момент.
  5. Конфиденциальность персональных данных

    1. Работниками Фонда, получившими доступ к персональным данным, должна быть обеспечена конфиденциальность таких данных. Обеспечение конфиденциальности не требуется в отношении персональных данных, в части которых получено согласие на их распространение и данных, прошедших процедуру обезличивания.
    2. Для обеспечения конфиденциальности Персональных данных Фонд принимает и будет принимать технические, юридические и организационные меры безопасности, в частности:
      1. назначение должностных лиц, ответственных за организацию обработки и защиты персональных данных;
      2. принятие локальных нормативных актов в отношении обработки персональных данных; -предоставление неограниченного доступа к настоящей Политике;
      3. заключение договоров с лицами, обрабатывающими персональные данные по поручению Фонда, в соответствии с требованиями Федерального закона «О персональных данных»; -ограничение состава лиц, имеющих доступ к персональным данным;
      4. ознакомление субъектов с требованиями федерального законодательства и локальных нормативных актов Фонда по обработке и защите персональных данных;
      5. организация учета, хранения и обращения носителей информации;
      6. определение угроз безопасности персональных данных при их обработке, формирование на их основе моделей угроз;
      7. разработка на основе модели угроз системы защиты персональных данных;
      8. проверка готовности и эффективности использования средств защиты информации; -разграничение доступа пользователей к информационным ресурсам и программно-аппаратным средствам обработки информации;
      9. регистрация и учет действий пользователей информационных систем персональных данных; -использование антивирусных средств и средств восстановления системы защиты персональных данных;
      10. применение в необходимых случаях средств межсетевого экранирования, обнаружения вторжений, анализа защищенности и средств криптографической защиты информации;
      11. организация пропускного режима на территорию Фонда, охраны помещений с техническими средствами обработки персональных данных;
      12. использование для передачи персональных данных учтенных носителей информации (съемные жесткие диски, flash-карты и др.);
      13. запрещение работникам Фонда ввод персональных данных в информационные системы под диктовку, а также обработка персональных данных в присутствии лиц, не допущенных к их обработке;
      14. расположение мониторов ПЭВМ таким образом, чтобы исключать возможность просмотра персональных данных, отображаемых на экране, лицами, не допущенными к обработке персональных данных.
        Фонд принимает другие необходимые юридические, организационные и технические меры по защите персональных данных от незаконного или случайного доступа, уничтожения, изменения, блокирования, копирования, передачи, распространения, а также других незаконных действий в отношении персональных данных, в частности, меры, предусмотренные Федеральным законом от 27.07.2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных», Постановлением Правительства от 01.11.2012 г. № 1119 «Об утверждении требований к защите персональных данных при их обработке в информационных системах персональных данных» и другими нормативными правовыми актами.
    3. Фонд вправе с согласия субъекта поручить обработку персональных данных другому лицу, если иное не предусмотрено законодательством, на основании заключаемого с этим лицом договора, предусматривающего в качестве существенного условия обязанность лица, осуществляющего обработку персональных данных по поручению Фонда, соблюдать принципы и правила обработки персональных данных, предусмотренные законодательством. Объем передаваемых другому лицу для обработки персональных данных и количество используемых этим лицом способов обработки должны быть минимально необходимыми для выполнения им своих обязанностей перед Фондом.
      В поручении Фонда должны быть определены перечень действий (операций) с персональными данными, которые будут совершаться лицом, осуществляющим обработку персональных данных, и цели обработки, должна быть установлена обязанность такого лица соблюдать конфиденциальность персональных данных и обеспечивать безопасность персональных данных при их обработке, а также должны быть указаны требования к защите обрабатываемых персональных данных в соответствии со статьей 19 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных».
      При выполнении поручения Фонда на обработку персональных данных лицо, которому такая обработка поручена, вправе использовать для обработки персональных данных свои информационные системы, соответствующие требованиям безопасности, установленным законодательством, что отражается Фондом в заключаемом договоре поручения на обработку персональных данных.
    4. В случае, если Фонд поручает обработку персональных данных другому лицу, ответственность перед субъектом персональных данных за действия указанного лица несет Фонд. Лицо, осуществляющее обработку персональных данных по поручению Фонда, несет ответственность перед Фондом.
    5. Фонд вправе разместить свои информационные системы персональных данных в дата-центре (облачной вычислительной инфраструктуре). В этом случае в договор с дата-центром (провайдером облачных услуг) в качестве существенного условия включается требование о запрете доступа персонала компании, дата-центра, облачного провайдера к данным в информационных системах персональных данных Фонда, а данное размещение не рассматривается Фондом как поручение обработки персональных данных дата-центру (провайдеру облачных услуг) и не требует согласия субъектов персональных данных на такое размещение.
      Доступ персонала дата-центров (провайдеров облачных услуг) к персональным данным, обрабатываемым в размещенных у них информационных системах Фонда, допускается только при наличии на это согласия всех субъектов персональных данных, сведения о которых обрабатываются в соответствующей системе.
  6. Срок обработки персональных данных

    1. Обработка Фондом Персональных данных осуществляется в течение срока необходимого для достижения целей обработки Персональных данных. После достижения целей обработки персональных данных Фонд прекратит обработку и уничтожит персональные данные (а также обеспечит прекращение обработки и их уничтожение привлеченными к обработке третьими лицами) в течение 30 (тридцати) дней, за исключением случаев, когда законодательство требует это сделать в более короткий срок.
    2. В случае направления Субъектом персональных данных отзыва согласия на обработку персональных данных, Фонд прекращает обработку персональных данных, а также обеспечивает прекращение обработки и их уничтожение привлеченными к обработке третьими лицами (в случаях, когда согласие является единственным законным основанием для обработки Персональных данных).
  7. Сайты и сервисы третьих лиц

    1. Сайт (сервисы) Фонда могут содержать ссылки на сайты и приложения третьих лиц (например, социальные сети «Фейсбук», «Инстаграм», «Твиттер», «Ютуб», «Вк»), в то же время сторонние сайты и приложения также могут отсылать к сайту (сервисам) Фонда. Фонд не имеет отношения и не несет ответственности за обработку Персональных данных Субъекта персональных данных на таких сторонних сайтах и приложениях, а также за политики и практики, применяемые их владельцами, администраторами и другими лицами, в отношении обработки персональных данных пользователей сторонних сайтов.
  8. Права Субъекта персональных данных

    1. Субъект персональных данных в в отношении обработки персональных данных Фондом вправе:
      1. Отозвать согласие на обработку ваших персональных данных Фондом;
      2. Требовать от Фонда уточнения, исключения или исправления неточных, неверных, устаревших и неполных персональных данных;
      3. Требовать от Фонда блокирования и уничтожения персональных данных, являющихся незаконно полученными или не являющимися необходимыми для заявленных Фондом целей;
      4. Получать доступ к своим персональным данным и, в частности, получать от Фонда следующие сведения: категории обрабатываемых персональных данных; цели обработки персональных данных; сведения о лицах, которые имеют доступ к персональным данным или которым может быть предоставлен такой доступ (за исключением работников Фонда); перечень обрабатываемых персональных данных и источник их получения; сроки обработки персональных данных, в том числе сроки их хранения; иные сведения в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации;
      5. Осуществлять иные права в сфере защиты персональных данных, предусмотренные действующим российским законодательством.
    2. Любые разъяснения по интересующим вопросам, касающимся обработки Персональных данных, можно получить обратившись к Фонду с помощью электронной почты mne@nuzhnapomosh.ru или по адресу местонахождения Фонда.
      Фонд не рассматривает анонимные обращения. При получении обращения Фонд также может попросить подтвердить личность субъекта персональных данных (путем предоставления паспортных данных) до направления ответа на обращение.
    3. В данном документе будут отражены любые изменения политики обработки персональных данных Фондом. Политика действует бессрочно до замены ее новой версией.
    4. Актуальная версия Политики в свободном доступе расположена в сети Интернет по адресу nuzhnapomosh.ru