Осенью 2026 года в тюрьмах Сальвадора находилась почти 121 тысяча человек — как осужденных, так и тех, кто еще ждет суда. Это 1,8 тысячи заключенных на 100 тысяч жителей — самая высокая доля в мире. По этому показателю Сальвадор возглавляет рейтинг World Prison Brief. На Кубе, которая занимает второе место, доля заключенных в 2,3 раза меньше, в США — втрое, а в среднем по миру — в 13 раз меньше. В России, которая в 2000 году сама была мировым лидером по доле заключенных, сейчас 197 человек на 100 тысяч жителей — в девять раз меньше, чем в Сальвадоре.
Так было не всегда. В 2000 году, по данным World Prison Brief, на 100 тысяч жителей Сальвадора приходилось 132 заключенных — почти в 14 раз меньше, чем сейчас. К началу 2022 года их было уже около 600. В марте 2022 года президент Найиб Букеле ввел чрезвычайное положение, чтобы бороться с уличными бандами, после чего рост заметно ускорился. Если за два с лишним десятилетия до этого доля заключенных выросла в 4,5 раза, то за следующие четыре года — втрое.
Чрезвычайное положение ограничило часть конституционных прав граждан. С тех пор полиции не нужно ни предъявлять ордер на арест, ни сразу сообщать причину задержания. Кроме того, без решения суда человека можно держать под стражей 15 дней вместо трех.
С кампанией Букеле не сравнится даже «война с наркокартелями» президента Мексики Фелипе Кальдерона, которую двадцать лет назад считали одной из самых жестких в регионе. По подсчетам исследователя Мануэля Мелендеса-Санчеса, за время кампании власти арестовали примерно одного мексиканца из тысячи, а Букеле за первые два года чрезвычайного положения — почти каждого 80-го жителя Сальвадора, то есть в 12 раз больше.
Букеле объяснял эти меры необходимостью совладать с преступностью. Сальвадор долгое время действительно был очень опасной страной. В 2015 году там зарегистрировали 103 убийства на 100 тысяч жителей — больше, чем в любой другой стране Западного полушария. Непосредственным поводом для чрезвычайного положения стали события 26 марта 2022 года, когда за одни сутки убили 62 человека — больше, чем за любой другой день с тех пор, как в стране ведется ежедневный учет убийств. После введения мер число убийств, по официальным данным, резко сократилось: в 2022 году — на 57%, в 2023-м — еще на 70%. В 2025 году в Сальвадоре зарегистрировали уже 1,3 убийства на 100 тысяч жителей — в 80 раз меньше, чем в 2015-м.
Правда, число убийств в Сальвадоре снижалось задолго до чрезвычайного положения и даже до прихода президента Букеле к власти. Пик убийств пришелся на 2015 год, к 2018-му их уровень снизился вдвое, а к 2021-му — еще втрое. В предыдущие годы рост числа заключенных не сопровождался снижением числа убийств: с 2000 по 2014 год доля заключенных в Сальвадоре выросла в 3,4 раза, а уровень убийств почти не изменился.
К тому же с 2019 года власти Сальвадора считают число убийств по новой методике: в статистику не попадают предполагаемые члены банд, погибшие в столкновениях с силовиками, а также люди, умершие в тюрьмах, и те, чьи останки были найдены в тайных захоронениях. Поэтому реальное число убийств может быть выше, а данные до и после 2019 года не вполне сопоставимы.
Эквадор пытался повторить методы Сальвадора: убийств сначала стало меньше, а потом — рекордно много
Сальвадорскую модель борьбы с преступностью пытаются повторить и другие страны Латинской Америки — это явление назвали «букелизацией». Одна из таких стран — Эквадор. В январе 2024 года из тюрьмы сбежал лидер одной из крупнейших преступных группировок, после чего в тюрьмах начались бунты, а члены банд захватили государственный телеканал. Тогда президент Даниэль Нобоа объявил в стране «внутренний вооруженный конфликт», отправил на борьбу с группировками 22 тысячи военных и начал строить новые тюрьмы.
После этого число заключенных стало расти: в 2023 году в тюрьмах было 30,8 тысячи человек, а к августу 2026-го — 39,3 тысячи, почти на 30% больше. В 2024 году убийств в Эквадоре стало на 14% меньше по сравнению с 2023-м. Но в 2025-м их число выросло на 32%, до рекордных 9,2 тысячи, а за девять месяцев 2026 года снова снизилось — на 8% по сравнению с тем же периодом годом ранее. Устойчивого снижения за почти три года так и не произошло.
Несмотря на опыт Эквадора, у Букеле находятся новые последователи. В Коста-Рике, где за последние десять лет уровень убийств вырос в полтора раза, в мае 2026 года президентом стала Лаура Фернандес, которая обещала ввести жесткие меры против преступности. Уже в октябре она открыла тюрьму на 5,1 тысячи мест по образцу CECOT — мегатюрьмы, которую в Сальвадоре построили для членов банд. А в Бразилии на Букеле равнялся кандидат в президенты Флавиу Болсонару: он обещал построить пять тюрем строгого режима, но в октябре 2026 года проиграл выборы Луле да Силве.
Даже если согласиться с тем, что именно меры Букеле помогли снизить уровень преступности, повторить этот опыт в других странах вряд ли получится, считает Мануэль Мелендес-Санчес. Во-первых, Сальвадор — небольшая страна, которую контролировать проще, чем, например, Эквадор. Во-вторых, власти застали банды врасплох: масштабная кампания против них началась внезапно, и группировки не успели подготовиться.
Кроме того, сальвадорская модель держится на отсутствии независимого правосудия: власти могут массово арестовывать людей и годами держать их под стражей. Подражателям Букеле придется решить, готовы ли они пожертвовать демократическими институтами ради борьбы с организованной преступностью, считает Мелендес-Санчес.
