Инвалидность в регионах России

В 2019 году почти 740 тыс. жителей РФ в возрасте от 18 лет и старше проходили освидетельствование для установления первичной инвалидности, но только в 85,9%  <\/span> случаев она была признана — у 635 877 человек.<\/p>\r\n\r\n

К пяти регионам, где инвалидность устанавливается значительно чаще среднего значения по всем регионам РФ, можно отнести Чукотский автономный округ (в 97% случаях человек, впервые обратившийся за инвалидностью, её получает), Республику Марий Эл (96%) и Чеченскую Республику (96%). Стоит отметить, что подобная выраженность «доступности» оформления инвалидности у взрослых в этих регионах воспроизводилась и в 2018 году.<\/p>\r\n\r\n

Напротив, в Новгородской области (69%), Республике Хакасия (70%) и Ульяновской области (72%) процент признания инвалидности от освидетельствований существенно ниже среднего. Кроме того, в Республике Хакасия от 2017-го к 2019 году отмечалось самое значимое снижение случае признания инвалидности (на 11 п.п.).<\/p>\r\n\r\n

Ранее мы отмечали зависимость приобретения инвалидности от возраста: чем старше человек, тем выше вероятность её получить. Чтобы минимизировать влияние возрастной структуры населения регионов («старые» и «молодые» регионы) при сравнении показателя первичной инвалидности в них следует обратиться к удельным значениям первичной инвалидности, показывающим, сколько лиц в возрасте 18 лет и старше, впервые признанных инвалидами, приходится на 100 тыс. населения (стандарта).<\/p>\r\n\r\n

Наибольшее соотношение людей от 18 лет и старше с впервые установленной инвалидностью к 100 тыс. населения (стандарта) было зафиксировано в Еврейской автономной области (771 чел.). До 2017 года «антилидером» среди российских регионов была Чеченская Республика, в 2017—2018 гг. — Республика Тыва.<\/p>\r\n\r\n

В 2019 году высоким это соотношение — более 700 чел. — также было в Брянской, Ивановской, Калужской, Кировской и Курской областях, Республике Бурятия, Республике Тыва и Чеченской Республике. Обращает на себя внимание и Омская область, которая стала единственным регионом, где стандартизированный показатель первичной инвалидности демонстрировал ежегодный рост от 2014-го к 2019 году.<\/p>\r\n\r\n

Напротив, в Тюменской области — минимальный уровень первичной инвалидности взрослого населения (233 чел.). Благополучная ситуация — с низкими значениями в диапазоне от 330 до 430 чел. на 100 тыс. населения (стандарта) — также сложилась в Мурманской области, Ленинградской области, Камчатском крае, Калининградской области, Ямало-Ненецком и Ханты-Мансийском автономных округах.<\/p>\r\n\r\n

В 13 регионах ситуация улучшилась — показатель ежегодно снижался. Но наиболее заметное снижение в полтора раза и выше отмечалось в четырёх субъектах: в Белгородской области, Калининградской области, Камчатском крае и Кемеровской области.<\/p>\r\n\r\n

4) Основные причины инвалидности<\/h3>\r\n\r\n

4.1 Основные причины инвалидности у взрослых<\/h4>\r\n\r\n

Главная причина инвалидности у взрослого населения сегодня — это злокачественные новообразования<\/b> (злокачественные новообразования органов дыхания и грудной клетки, злокачественные новообразования мочевых путей, злокачественные новообразования глаза, головного мозга и других отделов центральной нервной системы и т. д.).<\/p>\r\n\r\n

Вторая по распространённости причина — болезни системы кровообращения<\/b> (гипертензивная болезнь, стенокардия, аневризма сердца, инфаркт миокарда, сердечная недостаточность и т. д.). И если доля онкологических заболеваний среди причин первичной инвалидности у взрослых в 2019 году, по сравнению с 2014-м, в России увеличилась с 26,4 до 35% (или с 192 693 до 222 278 человек в абсолютных значениях), то доля первичной инвалидности из-за болезней системы кровообращения снизилась с 33,4 до 29% (или с 243 588 до 184 383 человек).<\/p>\r\n\r\n

Наиболее распространённые нозологии в структуре первичной инвалидности взрослого населения в 2019 году (топ-5):<\/p>\r\n\r\n

13<\/div>\r\n\r\n

Как в 2018 году, чаще всего первичная инвалидность из-за онкологических заболеваний в 2019 году фиксировалась у жителей Саратовской области (48%). Высокая доля инвалидности из-за онкологии была и в Тюменской области без автономных округов (46%), Новгородской области (44%), а также в Алтайском крае, Астраханской области, Белгородской области и Республике Мордовия (по 43% в каждом из субъектов).<\/p>\r\n\r\n

Изменения в «лидерах», по сравнению с прошлым годом, отсутствуют. Наиболее заметно ситуация отклонялась в лучшую сторону в трёх регионах, где доля злокачественных новообразований не превышала четвёртой части от всех заболеваний, приводящих к установлению первичной инвалидности в субъекте: в Чеченской Республике (10%), Республике Ингушетия (17%) и в Республике Дагестан (20%). Другие республики Северного Кавказа также демонстрировали пониженные значения в сравнении с остальными российскими регионами. При этом в рамках исследования, посвящённого оказанию онкологической помощи населению в российских субъектах, и Республика Дагестан и Чеченская Республика характеризуются очень плохой выявляемостью злокачественных образований  <\/span>. Поэтому можно предположить, что низкая доля онкологии в структуре инвалидности у взрослых, проживающих в этих регионах, может быть связана с недодиагностированностью населения.<\/p>\r\n\r\n

Кроме северокавказских республик, относительно благоприятная ситуация с распространённостью первичной инвалидности вследствие онкологических заболеваний сложилась в Камчатском крае, Республике Тыва и Еврейской автономной области (не более пятой части от всех заболеваний, приводящих к инвалидности).<\/p>\r\n\r\n

Во всех субъектах РФ от 2014-го к 2019 году отмечалось увеличение доли онкологических заболеваний среди причин первичной инвалидности, за исключением тех, по которым отсутствовала статистика  <\/span>. Самый заметный рост в диапазоне 15–18 п.п. отмечался в Белгородской области, Тюменской области и Ямало-Ненецком автономном округе.<\/p>\r\n\r\n

Несмотря на это, с начала 2020 года в России произошло изменение правил оформления инвалидности для онкобольных пациентов, которые, по мнению экспертов, могут затруднить получение инвалидности людям с ранними стадиями онкозаболевания или отказывать в продлении ранее установленной инвалидности.<\/p>\r\n\r\n

\r\n

«По сути, пропали периоды установления инвалидности. Раньше после пяти лет лечения человеку давали группу, и он ежегодно её подтверждал. Но на протяжении этих лет у него точно была установленная инвалидность. Если происходил рецидив, то инвалидность устанавливали бессрочно. Либо если у человека была более тяжёлая группа и он проходил пять лет, то при ремиссии давали более лёгкую группу бессрочно… Помимо отсутствия периодов установления инвалидности, в новом регламенте снижены проценты, по которым оценивают жизнедеятельность человека. Из-за этого ранние стадии онкозаболевания перестанут считаться основанием для установления группы»<\/em> (Елена Волкова, медицинский юрист)  <\/span>.<\/p>\r\n<\/blockquote>\r\n\r\n

Первичная инвалидность по причине болезней системы кровообращения наиболее выражена у жителей Нижегородской области (40%), которая переместилась со второго на первое место от 2018-го к 2019 году. За ней следуют Рязанская и Пензенская области (по 39% в каждом из субъектов). Прошлогодний антилидер Санкт-Петербург занял четвёртое место (38%).<\/p>\r\n\r\n

Реже всего первичная инвалидность по этой причине устанавливается в Чеченской Республике (17%), Республике Хакасия (17%) и Ханты-Мансийском автономном округе — Югре (19%).<\/p>\r\n\r\n

Можно сказать, что с (не)распространением болезней системы кровообращения в российских регионах ситуация становится благоприятнее, в отличие от распространения инвалидности населения из-за злокачественных новообразований. От 2014-го к 2019 году в 27 субъектах РФ доля инвалидности из-за причин, связанных с системой кровообращения, ежегодно снижалась, но особенно заметно — в Калининградской области (с 36% до 22%), Белгородской области (с 39% до 27%), Республике Алтай (с 35% до 22%) и Тюменской области без автономных округов (с 34% до 23%).<\/p>\r\n\r\n

Напротив, в двух субъектах отмечалась ежегодная негативная динамика — линейный рост доли этой нозологии в структуре первичной инвалидности за анализируемый период: в Курской и Томской областях. Учитывая, что динамика роста доли первичной инвалидности из-за болезней системы кровообращения в этих субъектах существенно отклоняется от динамики в большинстве других российских регионов, это требует повышенного внимания к ситуации в этих регионах.<\/p>\r\n\r\n

Вторую группу причин установления первичной инвалидности по общероссийской распространённости составили  <\/span>:<\/p>\r\n\r\n

а) болезни костно-мышечной системы и соединительной ткани<\/em> (остеомиелит, перелом пояснично-крестцового отдела позвоночника и костей таза, асептические некрозы, спондилёз, пяточно-вальгусная косолапость и т. д.). В 2019 году — 35 489 человек в целом по стране. По удельному показателю — доле инвалидности от этой причины среди всех причин впервые установленной инвалидности в регионе — с диапазоном значений в 9–10% среди субъектов РФ лидировали: Еврейская автономная область, Карачаево-Черкесская Республика, Курская область, Республика Дагестан и Республика Крым.<\/p>\r\n\r\n

б) психические расстройства и расстройства поведения<\/em> (аутизм, умственная отсталость, шизоаффективное расстройство, деменция при болезни Альцгеймера). В 2019 году — 31 445 человека в целом по стране.<\/p>\r\n\r\n

Наибольшее распространение по удельному показателю с диапазоном значений в 9–12% отмечалось: в Магаданской, Мурманской и Орловской областях, Республике Карелия, Республике Коми, Томской области, Чеченской Республике и Чукотском автономном округе. Из их числа требует отдельного внимания двукратное увеличение от 2014-го к 2019 году доли этой нозологии в структуре первичной инвалидности у взрослых в Орловской области, что существенно отклоняется от динамики по другим российским регионам.<\/p>\r\n\r\n

в) болезни нервной системы<\/em> (воспалительные болезни центральной нервной системы, поражения отдельных нервов, нервных корешков и сплетений; церебральный паралич и т. д.). В 2019 году — 25 644 человека. Наибольшее распространение в удельных значениях с диапазоном значений в 6–7% фиксировалось: в Амурской, Курской и Магаданской областях, Республике Крым, Сахалинской, Тамбовской и Тульской областях, Чеченской Республике и Чувашской Республике. Отметим, что от 2014-го к 2019 году в Чеченской Республике доля инвалидности из-за этой нозологии увеличилась более чем в 2,5 раза, что отклоняется от изменений по другим российским регионам.<\/p>\r\n\r\n

4.2 Основные причины инвалидности у детей<\/h4>\r\n\r\n

Обращаясь к данным, характеризующим как общую заболеваемость детей и взрослых, так и причины инвалидности, особенно их вариабельность на уровне регионов, следует принимать во внимание возможные дефекты регистрации медицинской статистики (например, недостаточную диагностику), и факт того, что разные состояния и\/или отклонения от нормы могут быть по-разному отнесены специалистами в регионах к тем или иным классам болезней. Значимое отклонение значения показателя в большую или меньшую сторону на уровне отдельного региона всегда требует глубинного изучения «на местах».<\/p>\r\n\r\n

Наиболее распространённые нозологии в структуре первичной инвалидности детского населения в 2019 году (топ-5):<\/p>\r\n\r\n

14<\/div>\r\n\r\n

Чаще всего первичная инвалидность у детей устанавливается вследствие психических расстройств и расстройств поведения<\/b> (детский аутизм, умственная отсталость, гидроцефалия и т. д.), численность детей с которыми в России увеличилась с 16 575 в 2014-м до 21 086 человек в 2019 году.<\/p>\r\n\r\n

На втором и третьем местах по распространённости в 2019 году — болезни нервной системы<\/b> (воспалительные болезни центральной нервной системы, церебральный паралич и другие паралитические синдромы) — 14 167 детей по России в целом и врождённые аномалии (пороки развития), деформации и хромосомные нарушения<\/b> (аномалии центральной нервной системы и органов чувств, аномалии системы кровообращения, хромосомные аномалии) — 11 971 детей.<\/p>\r\n\r\n

Доля психических расстройств и расстройств поведения<\/em> в структуре впервые установленной инвалидности у детей в целом по России составляет четвёртую часть (27,6%). От общероссийского показателя существенно отклоняются в большую сторону три субъекта, где эта доля достигает практически половины от всей впервые установленной инвалидности у детей, проживающих в регионе: Томская область (45%), Республика Адыгея (44%) и Республика Бурятия (44%).<\/p>\r\n\r\n

Обращает на себя внимание динамика показателя по Тюменской области без автономных округов, где в период 2014–2018 годов эта доля была устойчивой (значения колебались в диапазоне 43–46%), а в 2019 году она снизилась более чем в два раза — до 21%. Напротив, в Новгородской области, Республике Калмыкия, Республике Тыва, Республике Северная Осетия — Алания она выросла более чем в полтора раза, что выделяется на фоне изменений по другим регионам за прошедший год.<\/p>\r\n\r\n

Минимальное значение показателя первичной инвалидности из-за психических расстройств и расстройств поведения, как и в прошлом году, было зафиксировано в Чеченской Республике (4%). Также наименьшая распространённость этой нозологии, не превышающая пятой части от числа всех болезней (в порядке возрастания): в Республике Ингушетия (12%), Республике Тыва (12%), Новгородской области (17%), Республике Саха (18%), Республике Башкортостан (19%) и Республике Дагестан (19%).<\/p>\r\n\r\n

В трёх субъектах РФ отмечается ежегодный рост показателя: в Москве, Костромской области и Свердловской области, но только в последней значение показателя увеличилось значимо за весь рассматриваемый период, в полтора раза — с 23% в 2014-м до 41% в 2019 году.<\/p>\r\n\r\n

Болезни нервной системы<\/em> — как вторая причина по численности признаний инвалидности у детей по стране в целом — в удельном выражении чаще выражены среди детского населения Республики Саха (44%), Тюменской области без автономных округов (40%) и Чеченской Республики (39%). Из регионов-антилидеров 2017 года выбыла Новгородская область, в которой доля этой нозологии в структуре первичной инвалидности снизилась с 42% до 30% (в регионе за последние три года отмечаются значимые ежегодные колебания — двукратное увеличение от 2014-го к 2018 году и, напротив, снижение в текущем).<\/p>\r\n\r\n

Менее 10% признаний инвалидности из-за этой причины в четырёх субъектах (в порядке возрастания): в Республике Адыгея, Брянской и Рязанской областях, а также в Камчатском крае. В Тюменской области без автономных округов и Чукотском автономном округе было зафиксировано от 2018-го к 2019 году резкое увеличение доли болезней нервной системы — в четыре и в два раза соответственно.<\/p>\r\n\r\n

В Краснодарском крае и Республике Башкортостан доля болезней нервной системы демонстрирует ухудшение ситуации — в них отмечается линейный рост от 2014-го к 2019 году. Напротив, в Республике Ингушетия она снизилась более чем в два раза за рассматриваемый период.<\/p>\r\n\r\n

Первое место по распространённости врождённых аномалий (пороков развития), деформаций и хромосомных нарушений<\/em> — у Ярославской области (26%). Второе и третье место разделили Калужская область и Республика Тыва (по 25% в каждом из субъектов).<\/p>\r\n\r\n

Реже всего первичную инвалидность из-за врождённых аномалий устанавливали в Амурской области (9%), а также в Курганской области, Республике (Саха) и Новгородской области (по 10% в каждом из субъектов).<\/p>\r\n\r\n

В Тульской области и Республике Крым отмечается ежегодное снижение доли этой нозологии в структуре причин первичной инвалидности.<\/p>\r\n\r\n

Вторую группу причин установления первичной инвалидности среди детского населения по общероссийской распространённости составили болезни эндокринной системы, расстройства питания и нарушения обмена веществ и болезни костно-мышечной системы и соединительной ткани.<\/b><\/p>\r\n\r\n

а) В 2019 году первичную инвалидность из-за болезней эндокринной системы<\/em> установили у 8461 ребёнка. Наибольшее распространение в удельных значениях в диапазоне 18–19% от всех причин первичной инвалидности было зафиксировано в Камчатском крае, Костромской, Ленинградской и Магаданской областях. В каждом из этих субъектов от 2014-го к 2019 году распространённость этой нозологии выросла.<\/p>\r\n\r\n

б) Болезни костно-мышечной системы<\/em> в 2019 году отмечались у 4271 детей. Наибольшая распространённость в диапазоне 10–20%: в Вологодской области, Республике Карелия, Республике Мордовия, Тамбовской области и Чукотском автономном округе. Только Республика Бурятия демонстрировала ежегодный рост распространённости этой нозологии в структуре причин установления первичной инвалидности.<\/p>"},{"title":"Финансы и ресурсы, затрачиваемые на решение проблемы","content":"

1) Финансовая поддержка субъекта<\/h3>\r\n\r\n

Финансовая поддержка людей с инвалидностью может осуществляться за счёт средств федерального бюджета и за счёт собственных средств субъекта РФ.<\/p>\r\n\r\n

Основные федеральные расходы на материальное обеспечение данной группы населения включают: социальную пенсию; ежемесячную денежную выплату (ЕДВ); социальные доплаты к пенсии (не только к пенсиям по старости, но к пенсиям детей-инвалидов и детей, не достигших возраста 18 лет, которым установлена страховая пенсия по случаю потери кормильца); денежные компенсации расходов на оплату телефонной связи и проезда на всех видах пассажирского транспорта, ЖКХ, компенсацию за полис ОСАГО и т. д.; дополнительное ежемесячное материальное обеспечение для инвалидов Великой Отечественной войны и инвалидов вследствие военной травмы (ДЕМО); компенсационную\/ежемесячную выплату по уходу за нетрудоспособным гражданином, ребёнком-инвалидом или инвалидом с детства 1 группы; обеспечение техническими средствами реабилитации (протезы, ортопедическая обувь и т. п.); санаторно-курортное лечение. Также за счёт субвенции из федерального бюджета людям с инвалидностью полагаются бесплатные лекарства и лекарства со скидкой.<\/p>\r\n\r\n

К основным региональным расходам на людей с инвалидностью относятся: регулярная денежная выплата (РДВ), меры по реализации программы «Доступная среда» (финансируется за счёт федерального, регионального и муниципального бюджетов). Отметим, что финансовые расходы на реализацию программы увеличились в полтора раза: с 35,6 в 2014 году до 53,8 млрд рублей в 2019 году.<\/p>\r\n\r\n

Общая сумма финансовых расходов на людей с инвалидностью на уровне регионов, из тех, что находятся в открытом доступе, остаётся недоступной. Наиболее релевантный источник подобной информации — это сайт Федерального казначейства  <\/span>. Но там расходы консолидированного бюджета субъектов на социальные нужды (раздел 1000 «Социальная политика» и его подразделы) публикуются в общем виде — все виды пенсий, пособий, компенсаций, социальных выплат гражданам на приобретение (строительство) жилья, обеспечение инвалидов техническими средствами реабилитации и т. д., что не позволяет отдельно вычленить статьи расходов только на людей с инвалидностью. Показатель «Расходы консолидированного бюджета субъекта Российской Федерации на реализацию мер социальной поддержки граждан по отдельным категориям граждан» по взрослым и детям с инвалидностью опубликован на портале ЕМИСС  <\/span>, но только с 2015 года, и там достаточно много пропусков по регионам.<\/p>\r\n\r\n

В предыдущем отчёте за неимением других данных, доступных в разрезе регионов за период 2014—2017 гг., в нашем распоряжении был только средний размер регулярной денежной выплаты (РДВ)<\/em>, который был отобран как индикатор, свидетельствующий об уровне финансовой поддержки людей с инвалидностью в регионе (при сравнении регионов использовалась сумма РДВ на взрослых и детей с инвалидностью). В отличие от ежемесячной денежной выплаты (ЕДВ), которая производится в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения, размер РДВ, как и факт наличия\/отсутствия такой выплаты, регулируется в соответствии с нормативными правовыми актами субъектов РФ.<\/p>\r\n\r\n

Дополнительная финансовая поддержка со стороны региональных государственных институтов важна, потому что материальное положение многих семей, включающих людей с инвалидностью, трудно назвать благополучным. По данным «Левада-центра», у почти трети семей с людьми, которые имеют ограничения по здоровью, едва хватает денег на покупку продуктов питания и одежды (28%), что статистически значимо выше аналогичного показателя среди обычных семей (21%)  <\/span>, следовательно, их финансовое положение затруднительнее, чем положение среднероссийской семьи. Это подтверждают и данные «Комплексного наблюдения условий жизни населения»<\/em>: домохозяйства, состоящие только из людей с инвалидностью, чаще среднероссийского домохозяйства говорят о том, что не могут оплачивать важнейшие лекарства; справиться с неожиданными тратами (на медицинскую помощь, покупку товаров длительного пользования и т. д.), покупать новую одежду и обувь по мере износа. При этом, по самооценкам, их потребительские возможности оказываются ниже, чем у других категорий населения, также требующих социальной защиты: пенсионеров и многодетных семей  <\/span>.<\/p>\r\n\r\n

По данным опроса Всероссийской организации родителей детей-инвалидов, проведённого среди семей, растящих детей-инвалидов и инвалидов старше 18 лет, 2\/3 мам в таких семьях не работают в связи с уходом за человеком с инвалидностью (68%), ещё 6% — находятся на пенсии. Среди двух основных источников семейного дохода — пенсия по инвалидности ребёнка (95%) и\/или зарплата отца (61%). Получается, что подавляющее большинство семей с инвалидом практически полностью зависят от государственной поддержки и нуждаются в социальной защите. Согласно результатам этого же опроса, только 9% опрошенных получали дополнительную помощь со стороны благотворительных фондов и НКО  <\/span>.<\/p>\r\n\r\n

В 2019 году, по данным Росстата, большинство субъектов РФ (51) не производили никаких регулярных денежных выплат (по сути, доплат) взрослым и детям с инвалидностью, в их числе — Москва.<\/p>\r\n\r\n

\r\n

Департамент труда и социальной защиты населения города Москвы в ответном письме на наш запрос о причинах отсутствия этой выплаты указал, что за счёт бюджетных средств субъект производит региональную социальную доплату к пенсии<\/b> взрослым и детям с инвалидностью, поэтому эти выплаты учитываются в строке «пенсионеры, получающие региональную социальную доплату к пенсии», а не «инвалиды» и «дети-инвалиды»  <\/span>. Можно допустить, что подобная практика существует и в других регионах. Однако на момент подготовки материала в 2019 году РДВ — за счёт единой для всех регионов методологии учёта — были наиболее подходящим показателем для сопоставления регионов.<\/p>\r\n<\/blockquote>\r\n\r\n

В остальных 34 субъектах РДВ выплачивалась, однако её средний размер (суммарный по взрослым и детям с инвалидностью) по регионам был существенно дифференцирован: минимальная величина в 200 рублей в Ставропольском крае была в 134 раза ниже максимальной величины в 25 833 рубля в Калужской области.<\/p>\r\n\r\n

Медианное значение РДВ по регионам растёт и в 2019 году составило 2689 рублей (в 2018-м — 2382 руб., в 2017 — 2000 руб., 2016-м — 1851 руб., в 2015-м — 1986 руб., в 2014-м — 1462 руб.), то есть средний размер РДВ не превышал эту сумму в половине субъектов, осуществляющих такие выплаты.<\/p>\r\n\r\n

На этом фоне величина РДВ, превышающая 10 тысяч рублей, в пяти субъектах РФ — Амурской области, Калужской области, Магаданской области, Санкт-Петербурге и Ямало-Ненецком автономном округе — свидетельствует о повышенной финансовой поддержке людей с инвалидностью в этих регионах вне зависимости от федерального законодательства.<\/p>\r\n\r\n

Не менее важным показателем финансовых расходов на людей с инвалидностью являются выплаты на приобретение технических средств реабилитации (ТСР)<\/em> — тростей, кресел-колясок, протезов, бандажей, ортопедической обуви, специальной одежды и др. (согласно форме статистического учёта, всего — 46 возможных наименований), а также выплаты на предоставление сопутствующих услуг<\/em> (согласно форме статистического учёта, всего — 4 услуги) — по ремонту протезно-ортопедических изделий; содержанию и ветеринарному обслуживанию собак-проводников; предоставлению услуг по переводу русского жестового языка; предоставлению услуг по проезду инвалида (ветерана, сопровождающего лица) к месту нахождения организации.<\/p>\r\n\r\n

Единственный доступный источник этих данных — это сайт Минтруда РФ. На момент написания отчёта по данным 2017 года, там был опубликован (частичный) набор данных только за 2016 год и только по 74 регионам РФ. Это не позволило на тот момент использовать этот показатель ни для расчёта рейтинга регионов, ни для динамических сравнений, поэтому мы специально запросили эти данные по форме №1 — собес (ТСР)<\/em> за весь анализируемый период. Получив положительный ответ, мы рассчитали на их основе показатель для рейтинга регионов, заменив им показатель РДВ, который использовался ранее, в 2014—2017 гг.<\/p>\r\n\r\n

В целом по России суммарный объём затрат по всем позициям ТСР и компенсационным услугам увеличивался: с 21,3 в 2014 году до 31 млрд рублей в 2019 году.<\/p>\r\n\r\n

Москва — абсолютный лидер среди российских регионов по финансированию расходов на людей с инвалидностью в целях обеспечения ТСР и сопутствующими услугами, на которые в 2019 году было выделено 2,2 млрд рублей. В каждом из следующих пяти регионов на эти нужды было потрачено более миллиарда рублей (в порядке убывания): Московская область (1,9 млрд руб.), Санкт-Петербург (1,5 млрд руб), Краснодарский край (1,5 млрд руб), Республика Башкортостан, Республика Татарстан и Свердловская область (по 1 млрд в каждом субъекте).<\/p>\r\n\r\n

Напротив, минимальные расходы на ТСР и услуги, не превышающие 50 млн рублей, были зафиксированы (в порядке возрастания): в Ненецком (10 млн рублей) и Чукотском автономных округах (17 млн рублей), Магаданской области (33,4 млн рублей), Республике Алтай (35,2 млн рублей), Республике Тыва (43,7 млн рублей) и Еврейской автономной области (47,7 млн рублей).<\/p>\r\n\r\n

Обращает на себя внимание, что самые низкие расходы на ТСР и компенсационные услуги для людей с инвалидностью наблюдаются в высокодотационных  <\/span> регионах РФ. Тем самым положение людей с инвалидностью представляется в значительной степени зависимым от социально-экономического положения субъекта, в котором они постоянно проживают.<\/p>\r\n\r\n

Главный нефтедобывающий регион страны — Ханты-Мансийский АО  <\/span> — потратил на эти нужды в 2019 году денег в 7 раз больше, чем один из самых бедных российских регионов (где практически каждый третий житель имеет денежные доходы ниже величины прожиточного минимума  <\/span>) — Республика Тыва, хотя разница между двумя субъектами в общей численности взрослых и детей с инвалидностью, то есть в масштабе проблемы, была выражена в значительно меньшей степени, чем разрыв в финансах, потраченных на их обеспечение ТСР и компенсационными услугами (в 2019 году 54 999 против 23 046 человек соответственно).<\/p>\r\n\r\n

В целом от 2014-го к 2019 году положительную динамику ежегодного увеличения расходов на обеспечение людей с инвалидностью ТСР и сопутствующими услугами демонстрировали 4 субъекта РФ: Нижегородская область, Оренбургская область, Пензенская область, Республика Бурятия и Ямало-Ненецкий автономный округ.<\/p>\r\n\r\n

Напротив, не было ни одного региона, в котором за анализируемый период 2014—2019 гг. эти расходы ежегодно снижались. Однако в 48 субъектах РФ от 2018-го к 2019 году отмечалось снижение расходов, наиболее заметное — в Краснодарском крае (более чем на 100 млн рублей), в котором за прошедший год снизилась и доля заявителей, обеспеченных полностью ТСР и услугами.<\/p>\r\n\r\n

Обращает на себя внимание динамика расходов на ТСР по Тюменской области, где общая сумма резко снизилась от 2017-го к 2018 году (с 420,1 до 238,9 млн рублей), а затем резко увеличилась в 2019-м (до 438 млн рублей), что существенно отклоняется от динамики по другим регионам. Для понимания причин снижения расходов на ТСР и услуги людям с инвалидностью (и, соответственно, снижения доли обеспеченных) мы направили запрос в Тюменское региональное отделение ФСС и Минтруд  <\/span>. В ответе на наш запрос было указано, что это снижение — результат передачи федеральных полномочий Департамента социального развития региональному отделению ФСС, которое столкнулось с необходимостью перепроверки личных дел граждан, заключённых с поставщиками контрактов и большого объёма необеспеченности и невыплаченных компенсаций. Всё это затягивало сроки проведения процедур закупок, что своевременно не отражалось на расходах за отчётный год.<\/p>\r\n\r\n

Стоит отметить, что финальная сумма расходов на обеспечение ТСР и услугами в ряде регионов может быть выше. Например, Постановлением Правительства Московской области от 19.12.2017 № 1081\/46 был создан региональный перечень с изделиями ТСР, не входящими в федеральный перечень технических средств реабилитации и услуг, на получение которых выдаётся сертификат  <\/span>. Перечень включает аккумуляторы для инвалидных колясок, подъёмники для ванной, глюкометры для инвалидов по зрению и т. д.  <\/span><\/p>\r\n\r\n

Попутно укажем ещё на одну проблему, касающуюся расходов на технические средства реабилитации и услуги в регионах: необоснованное завышение закупочных цен на ТСР, которое приводит к существенным различиям по субъектам РФ. Суммы, которые регионы тратят на закупку инвалидных колясок, слуховых аппаратов и протезов, отличаются иногда в десятки раз  <\/span>. Такое завышение в условиях недостаточного финансирования может приводить к снижению обеспеченности ТСР и услугами нуждающихся в них  <\/span>.<\/p>\r\n\r\n

2) Адаптированность транспорта<\/h3>\r\n\r\n

Пользование общественным транспортом людьми с инвалидностью подразумевает его доступность для всех маломобильных групп граждан. Среди открытых данных, свидетельствующих о доступности общественного транспорта для людей с инвалидностью, показатель Росстата  <\/span> «Наличие пассажирских эксплуатационных автобусов, выполняющих коммерческие перевозки по регулярным маршрутам общего пользования и оборудованных для перевозки маломобильных групп населения».<\/p>\r\n\r\n

Больше всего автобусов, оборудованных для людей с ограниченными возможностями, функционировало в Москве (8367 шт.), Московской области (2963 шт.), Санкт-Петербурге (2851 шт.), Пермском крае (1410 шт.), Республике Татарстан (1023 шт.). Из них обращает на себя внимание динамика численности адаптированного транспорта в Пермском крае, где количество автобусов от 2018-го к 2019 году увеличилось в шесть раз: с 251 до 1410 шт.<\/p>\r\n\r\n

Не более 10 автобусов насчитывалось в Еврейской автономной области, Карачаево-Черкесской Республике, Магаданской области, Ненецком автономном округе, Республике Алтай, Республике Ингушетия, Республике Калмыкия и Чукотском автономном округе.<\/p>\r\n\r\n

Медианное значение — 113 автобусов (против 78 в 2018 году), то есть в половине из 82 регионов РФ, предоставивших данные о наличии оборудованного транспорта в 2019 году, общее количество автобусов не превышало эту численность автобусов на весь субъект.<\/p>\r\n\r\n

В предыдущем отчёте (по данным за 2017 год) для оценки транспортной доступности мы ранжировали регионы, рассчитав соотношение общей численности людей с инвалидностью в регионе к количеству оборудованных автобусов, исходя из доступных данных. В 2019 году Росстат, кроме абсолютной численности автобусов, опубликовал и удельный показатель — долю оборудованных автобусов в общем количестве автобусов<\/em>: чем выше это значение, тем лучше обстоят дела с транспортной доступностью для людей с инвалидностью в регионе.<\/p>\r\n\r\n

Наилучшая ситуация с адаптированностью транспорта для маломобильных групп населения — в Москве (86%). От трети до половины автобусов соответствуют потребностям людей с ограниченными возможностями здоровья ещё в шести субъектах РФ: Санкт-Петербурге (48%), Пермском крае (48%), Республике Татарстан (43%), Липецкой области (34%), Хабаровском крае (34%), Ханты-Мансийском автономном округе — Югре (33%), Московской области (32%) и Тюменской области без автономных округов (30%).<\/p>\r\n\r\n

Напротив, в следующих субъектах ситуация с доступностью оборудованного транспорта для людей с инвалидностью значительно хуже, чем в остальных 90% регионов (из тех, по которым имеются официальные данные): в Карачаево-Черкесской Республике (0,2%), Республике Ингушетия (0,5%), Забайкальском крае (0,8%), Еврейской автономной области, Магаданской области и Республике Бурятия (по 0,9% в каждом субъекте), Кабардино-Балкарской Республике, Республике Северная Осетия — Алания и Чеченской Республике (по 1% в каждом субъекте).<\/p>\r\n\r\n

Отметим, что в 2019 году отсутствовали данные по Республике Адыгея, Республике Тыва, Республике Хакасия и Ульяновской области.<\/p>\r\n\r\n

Вместе с тем понятие адаптированности, адаптированной среды гораздо шире и включает следующие решения, помогающие людям с ограниченными возможностями в повседневной жизни: платформы для общения и получения услуг, карты доступной среды, интеллектуальные системы навигации по городу, приложения и оборудование для повышения самостоятельности и т. д.  <\/span><\/p>"},{"title":"Результативность усилий, затрачиваемых на решение проблемы","content":"

Трудоустройство людей с инвалидностью<\/h3>\r\n\r\n

До середины 90-х гг. с точки зрения российского законодательства именно потеря трудоспособности была главным критерием установления инвалидности, но принятый в конце 1995 года Закон о социальной защите инвалидов заменил его на «ограничение жизнедеятельности и необходимость социальной защиты  <\/span>.<\/p>\r\n\r\n

В предыдущем отчёте для оценки положения людей с инвалидностью на рынке труда мы использовали показатель доли трудоустроенных людей с инвалидностью, обратившихся в целях поиска подходящей работы<\/em> в отчётном году, который не позволил сделать выводы о реальном уровне занятости \/ незанятости людей с инвалидностью в целом, как и о положении людей с инвалидностью на рынке труда (например, об уровне заработной платы в сравнении с остальным населением  <\/span>). На тот момент это был единственный показатель занятости людей с инвалидностью, который находился в открытом доступе и публиковался в разрезе регионов ежегодно. Однако в 2019 году Минтруд перестал публиковать годовые данные (на момент написания этого отчёта в ноябре 2020 года были доступны данные только за первое полугодие 2019 года)  <\/span>.<\/p>\r\n\r\n

В 2018—2019 гг. для расчёта рейтинга был отобран один из показателей ФРИ, характеризующий занятость этой категории населения: процент работающих людей с инвалидностью к численности всех людей с инвалидностью в трудоспособном возрасте<\/em>. Замена показателя была вызвана большей релевантностью данных ФРИ, которые корректнее описывают проблему (не)занятости, учитывая не только трудоустройство тех, кто ищет работу.<\/p>\r\n\r\n

По данным ФРИ, в 2019 году в целом по стране каждый четвёртый человек с инвалидностью в трудоспособном возрасте работал (26,4%). Самые высокие показатели трудоустройства, согласно которым в них были заняты от трети и более представителей соответствующей категории населения, в восьми регионах: Санкт-Петербурге (37%), Белгородской области (36%), Ямало-Ненецком автономном округе (34%), Курской области (34%), а также в Ленинградской области, Московской области, Ненецком и Ханты-Мансийском автономных округах (по 33% в каждом из субъектов).<\/p>\r\n\r\n

Вместе с тем опрошенные нами эксперты не исключали, что доля трудоустроенных может быть завышена и не соответствовать реальной занятости людей с инвалидностью, их интеграции в общественную жизнь:<\/p>\r\n\r\n

\r\n

«Часто чтобы получить льготы, работодатели фиктивно нанимали людей с инвалидностью, и те только числились, получая небольшую компенсацию. С учётом средних цифр трудоустройства людей с инвалидностью в цивилизованных странах цифры российской статистики представляются завышенными»<\/em> (Елена Багарадникова, исполнительный директор РОО помощи детям с РАС «Контакт», член совета МГАРДИ, член совета ВОРДИ).<\/p>\r\n<\/blockquote>\r\n\r\n

Проблема незанятости людей с инвалидностью стоит особенно остро в следующих субъектах, где трудоустроены менее 20% от всех людей с инвалидностью в трудоспособном возрасте (в порядке возрастания): Еврейской автономной области, Республике Бурятия, Республике Карелия (по 18% в каждом из субъектов), Астраханской области, Забайкальском крае, Ивановской области, Оренбургской области и Республике Хакасия (по 19% в каждом из субъектов).<\/p>\r\n\r\n

Отметим, что основные лидеры и антилидеры среди субъектов по трудоустройству за прошедший год не изменились. Динамика показателя от 2018-го к 2019 году в других субъектах также не демонстрирует радикальных изменений (изменение доли трудоустроенных на плюс-минус 1 п.п.).<\/p>\r\n\r\n

Проблема занятости имеет принципиальное значение для людей с инвалидностью (по причине необходимости особых условий труда, сопровождаемой занятости и т. п.), но затрагивает всё трудоспособное население. Для понимания причин «лидерства» или, напротив, «антилидерства» российских регионов по трудоустройству людей с инвалидностью мы сравнили его с удельным показателем, характеризующим уровень занятости всего населения в возрасте 15–72 лет по субъектам РФ за 2019 год  <\/span>.<\/p>\r\n\r\n

Распределение регионов по уровню занятости населения в целом и людей с инвалидностью  <\/span>:<\/p>\r\n\r\n

Проблема занятости в регионе эффективно решается и для населения в целом и для людей с инвалидностью ++<\/strong>
\r\nБелгородская область, Калужская область, Курская область, Ленинградская область, Московская область, Республика Татарстан, Санкт-Петербург, Севастополь, Тверская область, Тульская область, Ханты-Мансийский автономный округ — Югра, Чукотский автономный округ<\/p>\r\n\r\n

Проблема занятости в регионе эффективно решается для населения в целом, но проблема занятости людей с инвалидностью требует дополнительных усилий +-<\/strong>
\r\nИвановская область, Мурманская область, Омская область, Оренбургская область, Пензенская область<\/p>\r\n\r\n

Проблема занятости в регионе эффективно решается только для людей с инвалидностью, но проблема занятости населения в целом требует дополнительных усилий +-<\/strong>
\r\nКарачаево-Черкесская Республика, Ненецкий автономный округ, Республика Ингушетия, Ростовская область, Тамбовская область<\/p>\r\n\r\n

Проблема занятости в регионе неэффективно решается и для населения в целом, и для людей с инвалидностью −−<\/strong>
\r\nАлтайский край, Астраханская область, Еврейская автономная область, Забайкальский край, Кабардино-Балкарская Республика, Курганская область, Пермский край, Псковская область, Республика Алтай, Республика Бурятия, Республика Дагестан, Республика Калмыкия, Республика Карелия, Республика Северная Осетия — Алания, Республика Тыва, Республика Хакасия, Томская область, Чувашская Республика<\/p>\r\n\r\n

Среди других причин, кроме безработицы, в целом создающих барьеры для людей с инвалидностью на рынке труда, исследователи отмечают: сильную дифференциацию в уровне заработной платы; развитие неформальных форм занятости; специфику трудового обучения людей с ограниченными возможностями малопрестижным и низкооплачиваемым профессиям (столярному, слесарному, швейному делу); отсутствие стимулирующих мер для работодателей; недостаточность \/ отсутствие консультирования семей по вопросам профессиональной ориентации детей с инвалидностью и ОВЗ; отсутствие специальных условий труда и сопроводительной помощи в процессе труда, приводящих к быстрому увольнению и т. д.  <\/span><\/p>\r\n\r\n

\r\n

По данным анализа количества трудоустроенных на вакансии, поступивших от работодателей в РООИ «Перспектива», среди обратившихся в поиске работы преобладали люди с высшим образованием (и его наличие ускоряет процесс трудоустройства и повышает уровень з\/п); чаще других были трудоустроены соискатели в возрасте от 24 до 29 лет (самый низкий процент трудоустройства среди людей от 54 лет и старше — 1% от общего количества). Административный персонал и секретариат составили наибольшую часть предложений от работодателей, т. е. именно эти позиции чаще всего предлагали людям с инвалидностью. Средний уровень заработной платы трудоустроенных через РООИ «Перспектива» (за анализируемый период с 2014 года по 31 июля 2018 года) составил 28 488 рублей<\/em>  <\/span>.<\/em><\/p>\r\n<\/blockquote>\r\n\r\n

В конвенции Международной организации труда от 20 июня 1983 года № 159 «О профессиональной реабилитации и занятости инвалидов» подчёркивается необходимость принятия мер по профессиональной реабилитации всех категорий людей с инвалидностью, а также содействия возможностям их занятости на свободном рынке труда  <\/span>.<\/p>\r\n\r\n

Вместе с тем, согласно данным, приводимым в докладе ВОЗ  <\/span>, показатель соотношения специалистов в области трудотерапии\/эрготерапии в России на 10 000 населения (в англ. варианте — «occupational therapists»), призванных помочь адаптироваться в том числе людям с инвалидностью к трудоустройству и поддерживать и\/или восстанавливать необходимые для работы навыки, был менее 1, в то время как в четвёрке лидеров среди представленных в отчёте стран — Дании, Швеции, Исландии и Австралии — значение коэффициента превышало 6.<\/p>\r\n\r\n

Кроме того, эксперты не раз отмечали, что проблема занятости людей с инвалидностью, как правило, имеет выраженную территориальную специфику — в городах ситуация с трудоустройством складывается благополучнее, чем в сельской местности. Различия есть и в динамике, например, в пилотном исследовании трёх регионов (Республики Татарстан, Саратовской и Волгоградской областей), проведённом в 2014 году: люди с инвалидностью, живущие в сельских поселениях, отмечали, что за последние три года количество специальных рабочих мест не менялось, в то время как основные изменения (рост специальных рабочих мест) происходили в городах  <\/span>. К сожалению, данные ФРИ о доле трудоустроенных людей с инвалидностью, публикуемые на официальном сайте, не предоставляют возможность такого сравнения регионов (с различением на город и село).<\/p>"},{"title":"Рейтинг регионов РФ по масштабу проблемы","content":"

На основе доступных данных был рассчитан рейтинг (от самого благополучного уровня A до наименее благополучного — E), позволяющий сравнивать ситуацию в регионах (субъектах РФ) и дающий более целостное представление о проблеме инвалидности, нежели отдельные показатели. Основу рейтинга, в котором участвовали все 85 регионов РФ, составили пять ключевых показателей: первичная инвалидность взрослых, инвалидность среди детей, финансовые расходы на технические средства реабилитации и услуги, занятость и адаптированность транспорта<\/b> (подробнее см. раздел «Методология оценки масштаба проблемы в регионе»<\/a>).<\/p>\r\n\r\n

Первенство.<\/b> В 2019 году наиболее благополучная ситуация сложилась в следующих семи субъектах РФ: в Камчатском крае, Москве, Московской области, Республике Татарстан, Санкт-Петербурге, Ханты-Мансийском автономном округе — Югре и Ямало-Ненецком автономном округе.<\/p>\r\n\r\n

Из них лидерство (уровень, А), по сравнению с рейтингом 2018 года, сохранили шесть субъектов, за исключением Камчатского края, который улучшил свои позиции в рейтинге регионов, переместившись с уровня B до уровня А. В первую очередь это улучшение было связано со значимым увеличением доли адаптированного транспорта для маломобильных граждан в регионе (с 0,7 до 15%).<\/p>\r\n\r\n

Московская область — самая стабильная на уровне частных показателей: единственный регион, который сохраняет уровень A за весь рассматриваемый период. Значения показателей, на основе которых рассчитывается рейтинг, в ней практически не меняются, оставаясь благоприятными на фоне большинства остальных субъектов. Расходы на предоставление ТСР и услуг людям с инвалидностью, проживающим в Московской области, одни из самых высоких в стране (больший объём финансовых средств выделяет только Москва) и соотношение этих расходов и численности всех людей с инвалидностью, проживающих в субъекте, по сравнению с другими регионами, достаточно высокое.<\/p>\r\n\r\n

Лидерство Москвы преимущественно определялось показателем, связанным с «дружелюбностью» инфраструктуры города для людей с инвалидностью. В столице, по сравнению с другими регионами, была самая высокая доля адаптированного транспорта — 5 из 6 автобусов в субъекте были оборудованы для маломобильных групп населения. Удельные показатели детской инвалидности и первичного установления инвалидности у взрослых отклонялись от среднего значения в меньшую (лучшую) сторону. При этом доля занятых людей с инвалидностью (от числа людей с инвалидностью в трудоспособном возрасте) и расходы на технические средства реабилитации и услуги (при том, что Москва выделяет 7% от всех расходов на ТСР в стране) были чуть ниже, чем у остальных регионов-лидеров.<\/p>\r\n\r\n

Санкт-Петербург демонстрирует наилучшие возможности для занятости людей с инвалидностью — самая высокая доля трудоустроенных в стране. Кроме того, здесь практически каждый второй автобус приспособлен для людей с ограниченными возможностями, а показатели инвалидности населения (детской и первичной у взрослых) чуть ниже среднего значения по регионам. В целом регион занимает третье место (после Москвы и Московской области) по объёму средств, выделенных на ТСР и услуги, но соотношение расходов ТСР и численности всех людей с инвалидностью, проживающих в субъекте, скорее, ближе к среднему значению по всем регионам.<\/p>\r\n\r\n

Республика Татарстан, Ханты-Мансийский автономный округ отклоняются от среднего значения в лучшую сторону по всем отобранным для рейтинга частным показателям: расходы на ТСР и услуги, доля занятых и доля адаптированного транспорта — выше среднего. Напротив, соотношение первичной инвалидности у взрослых и доля инвалидности среди детей, проживающих в субъекте, были ниже среднего.<\/p>\r\n\r\n

Лидирующие позиции Камчатского края и Ямало-Ненецкого автономных округов в первую очередь определялись самым высоким соотношением расходов ТСР и численности всех людей с инвалидностью, проживающих в субъекте, а также низкими показателями инвалидности у детей. В Камчатском крае также была существенно ниже среднего значения по регионам распространена первичная инвалидность среди взрослого населения, а в Ямало-Ненецком автономном округе относительно остальных субъектов РФ — высокая доля трудоустроенных.<\/p>\r\n\r\n

Антилидерство.<\/b> Всего в 2019 году шесть российских субъектов находились на самом неблагополучном уровне Е. Из них три северокавказских региона сохранили своё антилидерство с прошлого года: Республика Дагестан, Республика Ингушетия и Чеченская Республика; ещё три субъекта ухудшили свои позиции за прошлый год и перешли с уровня D до уровня E — это Еврейская автономная область, Республика Бурятия и Республика Тыва.<\/p>\r\n\r\n

По сравнению с результатами 2018 года Чеченская Республика осталась главным «антилидером» по масштабу инвалидности населения. Даже имея много общего по ряду частных показателей рейтинга, Чеченская Республика всё равно демонстрирует большую вариабельность (аномальность) показателей в сравнении с двумя другими республиками Северного Кавказа. Так, доля детской инвалидности — самая высокая в стране, и соотношение первичной инвалидности у взрослых на 100 тыс. населения (стандарта) значимо выше, чем у Республики Дагестан и Республики Ингушетия.<\/p>\r\n\r\n

Два прошлогодних и нынешних «антилидера» Республика Дагестан и Республика Ингушетия не демонстрировали существенных улучшений за год по частным показателям рейтинга. В этих регионах по-прежнему наиболее высокие показатели детской инвалидности, которые существенно отклоняются от среднего значения по регионам в худшую сторону. Низкие позиции в рейтинге определяются и недостаточностью выделяемых ресурсов для удовлетворения потребностей данной категории населения: доля адаптированного транспорта в республиках существенно ниже среднего, а соотношение объёма расходов на технические средства реабилитации и услуги и численности людей с инвалидностью, проживающих в регионе, значительно уступает другим субъектам РФ (в Республике Дагестан самое низкое значение в стране). При этом показатели занятости людей с инвалидностью в трудоспособном возрасте близки к среднему значению по регионам и даже чуть выше.<\/p>\r\n\r\n

Ухудшение позиции Еврейской автономной области от 2018-го к 2019 году преимущественно связано с одной из самых низких в стране долей адаптированного транспорта для маломобильных граждан, которая в семь раз ниже среднего значения по всем регионам (в 2018 году этот показатель по ней отсутствовал, поэтому при расчёте рейтинга мы вынужденно брали среднее значение по регионам для неё, которое немного улучшило позицию этого региона в общем рейтинге регионов за 2018 год).<\/p>\r\n\r\n

Место Республики Бурятия и Республики Тыва в списке наиболее неблагополучных регионов 2019 года преимущественно определялось низкой долей занятых людей с инвалидностью в трудоспособном возрасте (напомним, что в целом ситуация с занятостью населения в этих регионах, скорее, неблагополучная для всех жителей, не только для людей с ограниченными возможностями здоровья). Кроме того, в Республике Тыва расходы на ТСР и услуги относительно проживающих там людей с инвалидностью отклонялись от среднего значения по регионам в худшую сторону, а в Республике Бурятия доля адаптированного транспорта не превышала 1%.<\/p>\r\n\r\n

Ещё раз обратим внимание, что переход региона с одного уровень на другой необязательно свидетельствует об обострении или улучшении ситуации с инвалидностью конкретно в этом регионе, но всегда показывает изменение его позиции (повышение или снижение) относительно остальных регионов.<\/p>\r\n\r\n

 <\/div>\r\n\r\n

 <\/p>"},{"title":"Ограничения использования рейтинга регионов","content":"

\r\n\t
1. Ограничение концептуального характера: в основе собираемых данных только зарегистрированная инвалидность — факт обращения за официальным статусом для получения социальной помощи (пенсии), при этом не учитываются самооценки функционального статуса (представления об общем состоянии здоровья, физической и психической активности человека). Так, по оценке ВОЗ, уровень инвалидизации детского населения оказывается выше данных официальной статистики.<\/li>\r\n\t
2. Для расчёта рейтинга использовались официальные открытые данные федеральных ведомств, которые имеют собственные ограничения. Среди их числа — невозможность однозначного интерпретирования показателей, связанных с установлением инвалидности. Низкие значения на уровне региона могут свидетельствовать о недостаточной диагностике, а высокие, напротив, об административной управляемости инвалидностью, предоставляющей доступ к социальным выплатам.<\/li>\r\n\t
3. Назначение рейтинга — демонстрация масштабов проблемы инвалидности в каждом регионе. Данный рейтинг напрямую не позволяет оценить эффективность предпринимаемых действий по решению проблемы инвалидности в каждом конкретном регионе, однако может быть использован как отправная точка для такого анализа.<\/li>\r\n\t
4. Место региона в рейтинге отражает позицию региона по сравнению с другими регионами в расчётном году. Формально абсолютные значения региона могут улучшиться по сравнению с предыдущим годом, а позиция в рейтинге при этом — наоборот, ухудшиться. Такая ситуация возможна, если в текущем году у других регионов успехи были в среднем выше, чем у данного региона.<\/li>\r\n<\/ol>"},{"title":"Над материалом работали","content":"

   Команда БФ «Нужна помощь»:<\/b> Елизавета Язневич, Карина Пипия<\/p>\r\n\r\n

   Благодарим экспертов за помощь на разных этапах работы и надеемся на продолжение обсуждения результатов:<\/p>\r\n\r\n

   \r\n\t
   • Елена Багарадникова<\/b>, исполнительный директор РОО помощи детям с РАС «Контакт», член совета МГАРДИ, член совета ВОРДИ;<\/li>\r\n\t
   • Юлия Богданова<\/b>, старший менеджер корпоративной социальной ответственности в КПМГ;<\/li>\r\n\t
   • Рамиля Хасанова<\/b>, к.э.н, старший научный сотрудник Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС при Президенте РФ.<\/li>\r\n<\/ul>"}]}

> > > >